Единственная женщина на свете

– А вы на номер «БМВ» случайно внимания не обратили? – невинно поинтересовалась я.

– Как же не обратить, – хитро прищурился тот. – И на память не жалуюсь, и номера приметные. – Но осчастливить меня не торопился, пришлось достать еще тысячу и выложить на стол. Она мгновенно исчезла, а дядька усмехнулся: – Три семерки, как портвейн, да ты не помнишь, – крякнул он в досаде. – Теперь такого не сыщешь, а раньше зайдешь в магазин…

– Благодарности советской ликеро-водочной индустрии оставим на потом, – миролюбиво предложила я. – Вернемся к Ольге. Вчера вы видели, как она в город уехала?

– Нет. Потому как уехала на автобусе. Зинка Сорокина сказала, Ольга в автобус садилась. Его я видел, само собой, прошел строго по расписанию, а Ольгу – нет, не видел, должно быть, по другую сторону сидела.

Я кивнула и немного поразмышляла.

– Раньше здесь «БМВ» с тремя семерками в номере не встречали?

– Не встречал. Уж такую-то машину не пропустишь. Вот он и не стал в поселок соваться. Другой Ольгин хахаль на «Жигулях» ее привозил, видел два раза. Ну и сестра ее приезжала, машина тоже приметная.

– Откуда знаете, что хахаль? – задала я вопрос.

– А кто еще? Мужик молодой, да и она из машины выпорхнет и вся светится. Говорю тебе, девка, не с тем она связалась. Вот и вышло дело…"

"– Это вы сейчас кого имеете в виду? – вздохнула я.

– Знамо дело, мужика на «БМВ». Для нее и «Жигули» хороши, а она…

– Скажите, – еще немножко поразмышляв, спросила я, – когда машину Ольгиной сестры последний раз видели?

– Ну, это проще простого… хоть и будет стоить денег.

Я выложила сотню, решив, что чужие аппетиты нужно сдерживать. Дядька поднял брови, однако я продолжала сидеть с каменной физиономией. Теперь вздохнул он, деньги спрятал и продолжил с некоторой обидой в голосе:

– Аккурат в Райкин день рождения. – Он назвал дату, а я нахмурилась, потому что выходило: Милка была здесь накануне своей гибели.

– Ничего не путаете? Мать Ольги утверждает, что видела племянницу больше двух недель назад.

– Точно, – степенно кивнул он. – А потом через несколько дней опять приехала. Была недолго, я только успел покурить, смотрю, уже назад возвращается. Ее машину ни с какой другой не спутаешь.

Что верно, то верно, у Милки был ярко-желтый «Фольксваген».

– А вот скажите, почему вы решили, что «БМВ» имеет отношение к гибели Ольги? Видели вы его накануне, а не в тот день, когда она погибла.

– Так это ж ясно, – хмыкнул дед. – Говорю, не с тем связалась…

– Вы почему следователю об этом не рассказали? – посуровела я.

Иваныч нахмурился.

– Так ведь это… растерялся. А уж когда домой вернулся… выпил, мозги на место встали, вот и начал соображать…

Соседка с женой Иваныча сидели на скамейке возле крыльца.

– Чего сказал-то? – заволновались женщины.