Единственная женщина на свете

– Девчонке всего девятнадцать, учится в медицинском колледже.

– Поближе к Самаре медицинского колледжа не нашлось? – удивилась я.

– Должно быть, не нашлось. Я сегодня со следователем доверительно поговорила. Создалось впечатление, что они рассматривают лишь одну версию: шантаж.

– То есть Чухонку в качестве подозреваемой они не видят?

– Одно другому не мешает.

– Мишку так и не нашли?

– Ищут, – вздохнула Агатка. – Вот только был ли мальчик? Ты, сестрица, мне, часом, мозги не пудришь?

– С какой стати? – удивилась я. Хотя сомнения Агатки понятны.

– Вот и я голову ломаю. Может, есть нечто такое, о чем ты предпочитаешь помалкивать?

– Нет, – подумав, ответила я.

– Точно?

– Точно.

Версия следователя строится лишь на моих показаниях, а подтвердить свои слова я ничем не могу. Вот что беспокоит сестру. Знала бы она, как это беспокоит меня.

Наталья Фоминцева жила в спальном районе. Панельная пятиэтажка с застекленными балконами, которые напоминали большие скворечники. Подъезд без домофона, ремонт здесь последний раз делали лет двадцать назад.

– Это ее квартира? – спросила я Агату.

– Снимает.

Мы поднялись на второй этаж. На лестничную клетку выходили четыре двери, та, что справа, была обита клеенкой, в нескольких местах порванной, из прорех торчали клочья ваты, номер квартиры висел как-то криво, вместо звонка – торчащие провода.

– Нам сюда, – кивнула Агата на эту самую дверь и принялась по ней барабанить.

Из-за обивки стук особенно внушительным не получился, я подумала, а не пнуть ли дверь ногой, и тут она открылась. На пороге стояла девушка в спортивных штанах с пузырями на коленках и очень короткой маечке. Мы смогли лицезреть пупок, украшенный тремя бусинами. Волосы у девушки темные, стриглась она коротко, под мальчика. Лицо приятное, но какое-то невыразительное.

– Привет, – сказала Агата. – Нам нужна Наташа Фоминцева.

– А вы кто? – хмуро поинтересовалась девушка.

– А ты? – последовал встречный вопрос.

– Соседка, – девушка еще больше нахмурилась.

– Наталья дома?

– Она плохо себя чувствует. Вы родственники или знакомые?

– Родственники. Близкие.

Девушка вдруг предприняла попытку закрыть дверь, но я этому воспрепятствовала.

– Да кто вы такие? – возмущенно спросила она.

– Объяснили ведь, свои, – с улыбкой заявила я. – Родня приказала: вперед на мины, мы по сто грамм для храбрости и в атаку.

– Чего? – растерялась девушка.

– Где Наташа? – вздохнула я.

– Вот ее комната, – с обидой сказала девушка, ткнув в дверь со стеклом, завешенным шторкой в горошек. – Она сама не своя. Второй день лежит, в стенку уткнувшись. И молчит. Мне на работу надо, а я боюсь ее оставить. Вы правда ее родственники?

– До чего молодежь пошла недоверчивая, – посетовала Агата и распахнула дверь в комнату.