Солги мне на удачу

Невольно передернула плечами, поджав губы, и как-то совершенно неожиданно в голове ярко вспыхнули картинки вчерашнего вечера в борделе… Эти чуткие пальцы, бесстыдный рот, умелые язык и губы… Тело тут же отозвалось волной жара и учащенным дыханием, пришлось срочно брать себя в руки, сражаясь с желанием облизнуть пересохшие губы. Я не буду думать об этом… призраке! Не буду, я сказала!

Кое-как успокоившись, поплескала на горящие щеки прохладной водой, внимательно посмотрела себе в глаза и строго произнесла:

– Никаких воспоминаний, дорогая моя! Иначе нарвешься на неудобные вопросы от Армана! А нам же это не нужно, да? Вот и хорошо.

Закончив этот маленький бредовый монолог с самой собой, я глубоко вздохнула пару раз, поправила выбившийся из прически локон и вышла из спальни, отправившись вниз, в столовую. А там уже сидел Арман, пока Мариэтт хлопотала, выставляя тарелки и приборы. Моя бровь выгнулась, я остановилась на пороге, окинув взглядом живописную картину. Господин канцлер в белой рубашке и сером форменном мундире с невозмутимым видом расположился на стуле, горничная же не обращала на него никакого внимания. Ну ясно, или иллюзия, или отвод глаз. Да и сомневаюсь, что каждая собака в Эрхельме знает Армана в лицо.

– Привет, – негромко поздоровалась я и улыбнулась.

Раздражение на него уже прошло, ругаться больше не хотелось. Я подошла к столу, Арман встал мне навстречу и поймал руки, притянув к себе. Сообразительная Мариэтт тихо выскользнула, опустив глаза в пол.

– Привет, – тихо ответил он, почти касаясь моих губ. – Я скучал, Вив.

Не стала строить из себя стерву, улыбнулась шире и сама обняла его за шею, потянувшись за поцелуем. Ох… Честно, не ожидала, что это будет так горячо, и почему-то мелькнула мысль, а как бы целовался Омбре… Тьфу!! Никак, Вив, точка. Ладони Армана медленно провели по спине до самой поясницы, потом снова поднялись вверх, и пальцы зарылись в волосы на затылке, безжалостно разрушая аккуратную прическу. Губы смяли мои, язык ворвался в рот, словно заявляя права на меня… Я судорожно вздохнула и отстранилась, хватая ртом воздух и пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Немного насмешливо посмотрела на Армана и не удержалась.

– Держите себя в руках, милорд, – не скрывая иронии, обронила и выскользнула из его объятий. – Давай обедать, я проголодалась.

Пирожные и чай у маркиза только раздразнили аппетит, а нам еще с Фран ехать в поместье. Арман усмехнулся, но удерживать не стал, и мы сели за стол.

– Спасибо, печенье было вкусным, – поблагодарила я канцлера, набирая ложку вкусного сливочного супа с морепродуктами. – Как дела, как работа? – задала нейтральный вопрос, впрочем не надеясь на ответ.