Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Горло прорезает внезапный вскрик.

Схватившись за его плечи, делаю рваный вдох, а затем сглатываю пересохшим горлом.

— Н-не знаю… Божжже… Рус… Руслааан!

Господи, я от него отвыкла. Почти забыла, каково это — заниматься с ним любовью.

Слишком пронзительно. Запредельно. Остро. Тонко. Потрясающе. Было и есть.

Мы почти год не виделись. Не притрагивались друг к другу. Казалось, мы стали чужими, но нет. Наши тела по-прежнему горят похотью. Искрят. Обоюдно притягиваются.

Роднее и ближе не существует в этом застывшем мире. В этом неповторимом мгновении…

Есть только он и я.

Пальцы мужа настойчиво проходятся по набухшим складочкам, собирая и размазывая влагу вплоть до колечка ануса.

Током пробивает, когда он задерживается на нём, слегка надавливая."

"В памяти всплывает наш первый анальный секс, и меня резко бросает в жар. Под его пристальным взглядом содрогаюсь. Облизываю пересохшие и распухшие после его далеко не нежных поцелуев губы. Сжимаюсь, заново переживая все подаренные им эмоции. Будто это было вчера. Мне страшно и в то же время я испытываю дичайший азарт. Всё, что он делал с моим телом, всегда доставляло неописуемое удовольствие. Рус будто читал меня. Знал, на какую кнопочку нужно вовремя надавить, чтобы свести меня с ума…

* * *— Сейчас чего ты хочешь? — напирает Руслан, проникая в меня двумя пальцами и приступая откровенно и пошло ласкать ими внутри, а затем и снаружи.

Выдыхая тягучий стон, я теряю рассудок. Инстинктивно опускаюсь на его руку. Скользкие фаланги входят ещё глубже. Растягивают, изучают, дразнят… Усиливают в промежности жар.

— Ммм… — кусаю губу, чтобы не сорваться на крик.

— Маша? — дыхание мужа становится глубоким, тяжёлым, опаляющим. Движения пальцев ускоряются, прибавляя градус удовольствию.

Хрипло простонав, поднимаю на него затуманенный взгляд. Дышу вместе с ним. Коротко и отрывисто. Воздух в салоне становится густым и жарким. Пропитанным нашим сексуальным возбуждением. Эта чертова обстановка, как никогда, слишком сильно будоражит.

— Тебя хочу… — сдаюсь я после затянувшейся напряжённой паузы, — до боли хочу. Чтобы вытравить из себя угнетающую тоску. Чтобы подняться выше неба…

Выдыхая, обхватываю ладонями его колючие щеки и впиваюсь в губы. Прохожусь по ним языком. Рус отвечает, приоткрывая рот. Таранит мой язык своим. В меня просовывает. Вкус моего мужчины с нотками алкоголя и табака проносится по рецепторам диким возбуждением.

Я бесстыдно теку и вся горю. До костей этот жар пронизывает. Дрожью лихорадит. Кожу раскалёнными иглами протыкает. Нервы воспаляет. Я покрываюсь испариной. Глаза от кайфа закатываю, когда он властно ладонью затылок мне сжимает.

— Тосковал по тебе… — выдаёт Исаев, тяжело и хрипло дыша мне в лицо. А затем снова рот запечатывает своим.