Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Голодно и размашисто проходится языком по моим горящим губам. Выдох слизывает. По звериному в плоть вгрызается. Целует… Целует… Целует… Глубоко. Нетерпеливо. Жадно. Грубо. На грани боли как я и хотела. Так, что меня неистово потряхивает.

С ума схожу. Задыхаюсь… Едва не взрываюсь яркими фейерверками.

Он вкусный, влажный, горячий, терпкий. Мы будто пьём друг друга и пьянеем. Губы терзаем. Изголодались. Нам мало. Безумно мало. Хочется ещё.

— Иди ко мне, — Рус вытаскивает из меня пальцы и притягивает за талию ближе к паху. При этом частит так, что еле поспеваю уловить его мысль. Голову кружит хмель. Пульс в ушах бахает немыслимо. — Маша… Машенька… Родная. Не могу больше… Хочу тебя. Невыносимо. Дьявольски хочу… Давай сейчас… Сейчас, милая… К херам эту прелюдию. Сдохну…

Эмоции доходят до пика, когда он приподнимает меня и приставляет раскалённую головку члена к моему входу. Кровь закипает в венах от давно забытого ощущения. Мы оба шипим. Горячие точки соприкасаются. Плюс к минусу. Прошибает током. Мощно. Дергаюсь, машинально хватаясь за его плечи. Сердце в груди взрывается. В лёгких заканчивается кислород.

— Божжжеее… — соединяю наши лбы и осторожно принимаю его в себя. Удовольствие кипящей лавой проносится по венам. Пульсация в промежности усиливается, жжет, становится невыносимой. Сводит с ума.

Ещё чуть-чуть. Миллиметр за миллиметром и он заполнит меня… и я взорвусь… на старте. Мне много не нужно. Я давно на грани…

— Дааа… Божечки, дааа… — салон прорезает мой задушенный писк.

Стискиваю Руслана бёдрами. Волна мучительной дрожи проносится по моим ногам, а следом и по всему телу разлетается. Разбивает меня. На мелкие атомы расщепляет.

— Блять… — слетает хриплое с его губ, и Рус теряет самообладание. Одним мощным толчком врывается в меня. Наживо. Удерживая за талию, насаживает на член до упора. Кожа к коже. Огонь в огонь. Удовольствие током пробивает каждую клетку. Взрывает нервные узелки. Вынуждает наши тела забиться в конвульсиях. Вскрикиваем оба и, тяжело дыша, замираем. От низкого мужского рыка покрываюсь мурашками.

— Не двигайся… — шипит Руслан, фиксируя на себе мертвой хваткой. — Расслабься. Не сжимай член…

Едва дыша, пытаюсь расслабиться и привыкнуть к новым ощущениям. К приятному чувству наполненности. К боли граничащей со сладостью. К остроте, перерастающей в страсть.

Он во мне. Весь. До края. Горячий. Твёрдый. Пульсирующий. Слишком большой, скорее от непривычки. Или от позы, которая позволяет заполнить меня на максимум.

Низ живота сводит сладостным спазмом. Сжимаю мышцы. Руслан снова издает шипящий рык.

— Машшшаа… я без резинки, малыш…

— Да-да… хорошо… — лепечу, захлёбываясь удовольствием.