Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Вся эта пресловутая экономия действует им на нервы — но сами русские совершенно не понимают ее суть. Вот Зволле сейчас все покрасит тонким слоем, и красиво, как умеют делать только немцы, тем более те, кто до войны малярами трудились. И у него еще добрая треть банки останется, а русский работник ее бы извел целиком.

А краска есть великая ценность, которую он при случае отдаст матерому боцману с совершенно непроизносимой фамилией для немца, пусть и знающего русский язык. Покраска требуется постоянно, особенно в походе — а отвечает за это боцман с широким галуном на погоне.

Но и у Шульца три лычки — такой же старшина, и независим в положении, только старшему артиллерийскому офицеру подчинен. Но боцман есть боцман, и с ним тоже нужно хорошие отношения поддерживать…

Екатеринодар

— Этому молодому генералу мы можем только посочувствовать, Антон Иванович. Он перенес намного больше нападок и проявлений открытой неприязни, чем вы!

Старый генерал с вырубленным словно топором лицом, сверкая обширной лысиной и распушив большие усищи по сторонам, говорил тихо. Но командующий Кавказской армией генерал Юденич имел большой вес в военных кругах, оттого его слова тяжело падали, словно камни в воду, по которой тут же расходились круги.

Намек на барона Врангеля, что отличился при взятии у красных Царицына в прошлом году, а потом раскритиковал его, как главнокомандующего за якобы допущенные стратегические ошибки, генералу Деникину пришелся совсем не по вкусу.

И еще больше разозлило неуместное сравнение с военным министром Сибирского правительства, который еще полгода тому назад был безвестным ротмистром, взнесенным на самую вершину властной волны мутным и грязным революционным потоком.

Антон Иванович непроизвольно поморщился и погладил ладонью короткую седоватую бородку. Но промолчал, памятуя свой приватный разговор с адмиралом Колчаком, да и встреча с генералом Арчеговым на него произвела определенное впечатление."

"— И что мы видим? — чисто риторически спросил Юденич и сам же ответил на поставленный вопрос. — А ведь этот молодой человек полностью прав, раз добился того, чего хотел. Без потерь красные очистили для сибиряков Омск и начали отвод своих войск к Уралу. Как политику и военному министру я могу ему лишь рукоплескать, — Юденич поднял ладони и изобразил аплодисменты. По его лицу пробежала усмешка.

— И на всем Дону сейчас стоит затишье! Ведь большевики и оттуда начали отвод…

— Зато теперь там Краснов!

Деникин был давним недоброжелателем нового «старого» атамана. С 1918 года, когда тот заявил о полной «независимости» Донского казачества и завел шашни с Германией. Не прошло полгода, и Краснов поплатился за свои политические игрища и был вышвырнут им с Кавказа.