Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Но неожиданно остановился и, недобро ухмыльнувшись желтыми прокуренными зубами, будто волком оскалившись, обратился к консьержке:

— Ты куды звонить собралась?!

— Ни-ни-куда! — Ольга Потаповна кое-как ответила, нервно выстукивая зубами чечетку, и даже отодвинулась от телефона.

— Тогда сиди молча, а то вымя отрежу!

Сластолюбие из глаз этого матроса вымело напрочь — по своей остроте взгляд не уступал стальному клинку. Не пьян матрос был — придуривался, Анисим Кузьмич только сейчас понял это. Но промолчал, чувствуя, как в низу живота собирается ледяной ком.

В окне он увидел, как к гостиничным дверям подходят еще трое — один в чекистской кожанке и кепке, а двое в гимнастерках и с винтовками в руках. И еще старый фельдфебель сразу отметил, что на козлах первой пролетки уже сидит новый возница, непонятно откуда взявшийся, в таком же солдатском обмундировании и с красным бантом милиционера на груди…

Глава третья

— Вот наш мандат, гражданин Романов. Чем он вас не устраивает?! — начальник Мотовилихинской милиции наседал на великого князя, брал горлом, чувствуя, что еще немного, и тот даст слабину.

— Подпись начальника Малькова здесь чуть иная, гражданин Жужгов, прошу извинить меня, — высокий худощавый мужчина лет сорока, одетый в английский твидовый костюм говорил с еле ощутимым акцентом, смягчая букву «л» в фамилии начальника пермской Губчека.

— Это мандат Губчека, здесь штамп и печать. Просто товарищ Малков торопился и подписался впопыхах!

Жужгов ожег взглядом Михаила Александровича, мысленно сплюнул — мандат сей подписывал сам Малков, но специально сделал свою подпись неразборчивой. Дело не в том, что Малков торопился, было необходимо, чтоб он мог легко отречься от этого мандата, объявив фальшивкой, состряпанной контрреволюционерами.

— Извольте немедленно собираться и ехать с нами. С вами сам товарищ Малков говорить желает!

— Но почему в Губчека говорят, что их начальника нет?

Великий князь спросил спокойно, почти не реагируя на громкий голос Жужгова, хотя капли пота на широком, с большими залысинами лбу свидетельствовали о его волнении. Кроме того, Михаилу Александровичу сейчас нездоровилось — застарелая язва желудка сейчас дала о себе знать жгучей болью.

— А потому что товарищ Малков ждет вас в другом месте! — милиционер снова повысил голос.

Ему сильно не нравилось упорство великого князя — жертва не желала ехать в заготовленную для нее западню. У телефона в ЧК сидел сейчас введенный в курс дела Дрокин — он должен был саботировать любые звонки.

Слишком секретно все было обставлено, чтобы привлекать к этому делу других чекистов, пусть и проверенных. Информация имеет меньше шансов уйти на сторону, чем уже круг привлеченных к «делу».