Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Он в начале ноября 1917 года получил назначение начальником штаба Главнокомандующего генерала Духонина в Могилеве, прибыл в ставку и стал свидетелем жестокой расправы, устроенной большевиками и матросами Крыленко. Избежав страшной участи Духонина, которого красные, по их циничному заявлению, «отправили в Могилевскую губернию», Дитерихс оказался в Сибири. А после отставки Колчаком успел с семьей перебраться в относительно спокойный Китай, в зону отчуждения КВЖД.

И вот их выдернула из забвения сильная рука полковника Арчегова, и вскинула на высокие посты — Лохвицкого командовать Приамурским, а Дитерихса Иркутским военными округами. И отправившись к месту назначения, они встретились здесь, на станции Петровского завода, в Забайкалье.

Нет, здесь сидели русские офицеры, а потому в сторону Колчака никто не стал бросать камень, что было, то быльем поросло. Главное, нашелся офицер, что смог дать надежду на победу. И именно о нем зашла речь, но не в пересудах, чай не бабки на базаре. А в обмене мнениями о сложившейся ситуации. Первыми начали адмиралы, сразу и категорично выступив в поддержку всех начинаний молодого командующего армией…

Атаман Семенов задумался, он испытывал двойственные чувства, а потому тщательно подбирал слова, припомнив, как сдавал экзамены в училище. С одной стороны, Арчегов тот еще сын — его Григорий Михайлович сам выкормил, а тот свою игру затеял. Фортуна полюбила ротмистра, и сейчас он самого атамана за глотку взял, да так крепко держит, что ни вздохнуть, ни…, ветры, короче, не пустишь.

Но с другой стороны, благое дело сделал, а Семенов был патриот и монархист. А потому обида в душе сильно смягчилась и перестала жечь. Свой брат казак, и для казачества много сделал и будет делать. И генералов прижал, пусть и руками Сычева. Вот тут атаман и решил высказаться.

— Я думаю, Константин Иванович проводит необходимые реформы, они нужны. Александр Васильевич и Михаил Иванович, — Семенов чуть наклонил голову в сторону адмиралов, — полностью правы. Перемены назрели давно, и отмена того же «старшинства» позволит выдвигать на командные должности знающих и умеющих воевать офицеров.

— Я согласен с вами, Григорий Михайлович. — Слова никак не вязались с возмущенным голосом Дитерихса. — Но вот так просто отказываться от помощи знающих и заслуженных генералов несколько легкомысленно и свойственно молодости. И к тому же старшинство в чине позволяет регулировать порядок прохождения офицерами службы…"

"— Только в мирное время, уважаемый Михаил Константинович, — Смирнов сверкнул глазами. — А в войну должна играть решающую роль именно боевая репутация. Вы же сами знаете, что есть множество офицеров, с прекрасными послужными списками, но в бою совершенно теряющихся.