Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Армия генерала Деникина отступает сейчас к Ростову, а ваша армия, адмирал, подходит к Красноярску совершенно расстроенная, с десятками тысяч беженцев, — полковник совершенно непринужденно сел на соседний диван и продолжил резать словами душу:

— Генерал Миллер в Мурманске еще протянет полгода, не больше. Там не будет жутких катастроф. Он летом очистил Мурманск и Карелию от ненадежных и имеет возможность укрепиться на Кольском полуострове. Деникин сумеет удержать Крым, и только. Без средств, без ясной программы, без поддержки большинства населения, на жалких осколках Заполярья и Крыма, гражданскую войну не выиграешь.

Полковник достал портсигар, видя, что в руке адмирала дымится папироса, и, не спрашивая разрешения, закурил. Колчак хотел осадить наглеца, но тут в окровавленную душу ударили сталью слова.

— Белое движение потерпело полный крах! И ваши искренние слова о единой и неделимой России говорят о вас как о стороннике большевиков!

— Это как понимать прикажете?! — адмирал поперхнулся от таких слов и даже не вспылил, настолько было чудовищно обвинение.

— Большевики хотят единую и неделимую, социалистическую Россию. Свободными от них остались только окраины, что, наплевав на принцип, который, кстати, был для них страшнее Ленина с компанией, провозгласили независимость. Тем самым, отказывая в независимости Сибири, которая, как вы видите, несмотря на потерю огромной территории и три четверти населения, создала свою государственность и кое-какую армию, вы желаете, чтобы и мы познали все прелести большевизма."

"Александр Васильевич опешил от такого чудовищного по своей сути силлогизма, а Арчегов с тем же невозмутимым видом продолжал говорить спокойным до ужаса голосом.

— Мы смогли получить поддержку САСШ и Японии только как независимое государство, именно эта идея позволила сколотить армию из крестьян, которых, между нами говоря, весь этот российский бардак, извините за крепкое слово, уже достал до печенок. Они будут драться за свою спокойную и сытую жизнь в Сибири, и вряд ли за идею единой и неделимой России. А вы, тем самым, отказываете им в праве жить без большевиков и российских чиновников, от которых прока еще меньше…

Полковник откинулся на спинку дивана, требовательно посмотрел на Колчака холодными и безжалостными глазами убийцы. Александр Васильевич молчал, только закурил очередную папиросу.

— Год назад у вас, господин вице-адмирал, было все, — полковник снова заговорил, так и не дождавшись ответа. — Сибирская и Волжская армии, огромная территория, работящее население, казачьи войска, огромные поставки оружия и снаряжения от союзников.