На осколках разбитых надежд (СИ)

Калека сидит в своей комнате и выползет только, когда остальные вернутся.

— И все-таки, — не могла не заметить Лена, которую слегка покоробил тон поляка. — Ты же знаешь, тебе запрещено…

— Хорошо, — согласился с ней Войтек. Коснулся, уходя из комнаты, дружески плеча Катерины, улыбнувшейся ему разбитыми губами.

Едва они остались одни, Катерина тут же принялась расспрашивать о том, сильно ли злилась Биргит, и какими последствиями грозит ей, Катерине, вчерашнее происшествие. Лена заверила ее, что не стоит беспокоиться об этом. Ей хотелось добавить, что Рихард поможет все уладить, но она промолчала. Она сама не верила полностью, что фон Ренбек встанет на их сторону, если в дело вмешается в гестапо. Она видела, какое воздействие оказывает только одно упоминание гестапо на немцев, поэтому… И ради чего Рихарду вмешиваться во все это?

При выходе из комнаты Катерины Лену вдруг перехватил Войтек, дожидавшийся ее в полумраке коридора. Она едва не вскрикнула от неожиданности, когда он шагнул к ней. Прижалась в испуге к стене коридора, а потом жалела, что сделала это. Поляк подошел так близко, что у нее не оставалось никакого пространства для маневра. Ни отстраниться, ни отступить, чтобы избежать его близости.

— Я думал, что это ты, — прошептал он. — Испугался, что выродок Биргит попытался навредить тебе. Слава Езусу, это не так."

"— Войтек, — Лена уперлась ладонью в его грудь, чтобы он не шагнул к ней еще ближе. Сейчас он снова пугал ее. Как тогда, когда обнял ее среди полотнищ постиранного белья на дворе. Только сейчас не появится Руди, и ей придется самой искать выход из этой ситуации.

— Я убью любого за тебя, — прошептал Войтек ей в ухо, склоняясь так близко, что она ощутила запах мыла и его тела. То ли от дыхания, скользнувшего по ее уху, то ли от испуга, но вдоль позвоночника тут же пробежала легкая дрожь.

Внезапно дверь черной лестницы распахнулась, заставляя обоих замереть от неожиданности. Сердце Лены оборвалось куда-то вниз, когда она заметила Рихарда, стоявшего на пороге коридора. Он окинул взглядом происходящее и резко захлопнул дверь.

— Какого его принесло сюда?

— Ты сказал, что они в городе!

Они заговорили одновременно. Растерянность Войтека и злость на него, что он поставил ее в такое положение, придали Лене смелости. Она оттолкнула его и метнулась к лестнице, раздумывая, почему Рихард вдруг оказался в доме, а не ярмарке, и куда сейчас мог пойти.

У Иоганна его не было. Тот дремал, запрокинув голову на подголовник кресла и уронив книгу на пол. Рихарда выдал лай вахтельхундов, которых тот вывел на прогулку из вольера. Лена заметила его в окно коридора и выскочила следом из дома, по пути едва успев прихватить шаль.