Выстрел на Большой Морской

Мишка озадаченно крякнул, постоял немного в задумчивости и отправился выполнять приказание.

— Вот видите? — гордо констатировал подпоручик. — О чём уж я?

— О том, что вы теперь ходите к Люське-Зверок только в сопровождении.

— Да! Вы же понимаете: Ганчич может вломиться в это заведение и учинить скандал. Вызовут полицию, та составит протокол с упоминанием моей фамилии, а ему только этого и надо! Он такой негодяй, что на всё способен! За семьсот тысяч… Ну, мы с Мишкой и подумали оба, что это Ганчич ломится. Как вы меня напугали, господин Иванов!

Алексей слушал всю эту ахинею и злился. Бывают, ох, бывают в жизни совпадения. Офицер с двойной фамилией, в статском, скрывается, и при нём могучий Мишка. И не те! В итоге имеются ненужая огласка и сломанный замок. Как теперь оправдаться перед Верлиокой и Шайтан-оглы? Легенда с «красноярками» трещала по швам. Хлюст, стоящий перед ним, вызывал поэтому у сыщика сильную неприязнь.

— Последний вопрос, подпоручик. Скажите, а за неделю до свадьбы вам обязательно нужно ходить по бл…м?"

"Загорянский-Киссель растерянно захлопал длинными ресницами:

— Так ведь я же офицер!

— Понятно. Можете идти. И чтоб никому обо мне ни слова!

Через полчаса, объяснившись кое-как с хозяином заведения и заплатив полтора рубля за убытки, Лыков вернулся в «Арбузовскую крепость». Разыскал Ассигкрита и сказал ему расстроено:

— Вертай деньги. Не они это.

— Как так? — удивился рыжий. — Всё же сошлось!

— Всё, да не всё. Я ищу отставного ротмистра Рупейто-Дубяго. А здесь подпоручик Московского полка Загорянский-Киссель. Не в отставке, а служит.

— Эх-ма… А второй, Мишка?

— Его денщик. Тоже парень крепкий, что лишь добавило путаницы. Там вообще смешная история вышла…

И Алексей рассказал рыжему про свадьбу, козни Ганчича и бегство подпоручика через окно.

— Вобщем, Федот, да не тот. Пришлось ещё за сломанный ингер[99] платить.

Ассигкрит посмеялся, вернул Лыкову двадцать рублей и они отправились вдвоём на Сухарёвку. Разыскали в трактире Шайтан-оглы, изложили ему свои приключения и услышали в ответ:

— Нету в наших краях этой парочки. Я всех «мазов» обспросил. Васька Лупкин вспомнил колбасника. Тот, будто бы, о прошлом годе в Лефортове на кулачках дрался. Он?

— Он.

— Вот. И офицер при нём имелся, как ты и говорил. Рыжий, фамилия Дубяга. Большой плут. Месяц назад они оба приходили к Ваське на Крестовскую заставу, прожили неделю у одной вдовы и съехали. Куда — не известно.

— И другие ребята их не видели?

— Ни один. Так что извиняй: в моей вотчине их нет. Пусть Верлиока поищет у себя. Там одна Котяшкина деревня чего стоит!

Глава 21

Котяшкина деревня

Верлиока возвращению Лыкова не удивился. Выслушал рассказ и резюмировал:

— День как день, да год не тот! Ну, что ж, пороемся теперь у нас.