На изломе алого

"

"Она стояла на самом краю крыши с раскинутыми руками – его Алька. Увидев ее тонкую фигурку, он выскочил из машины, но не смог пройти и двух шагов, не смог крикнуть. У него пропал голос, и подломились ноги. Он упал на колени, глядя на нее, не в силах сделать вдох. Понимая, что если она сорвется, он умрет в одно мгновение… и Сашка отступила.

Еще никогда Игнат не бежал так быстро, сбивая ноги о ступени, царапая ладони о стены, устремляясь вперед, словно вверх его несли крылья.

– Алый! Алька!

Он притянул ее к себе и обнял так крепко, как только мог. Зарылся лицом в волосы, смял в объятиях, повторяя:

– Я шагну вслед за тобой, слышишь? Не смогу жить без тебя! Не смогу! Никогда больше не пугай меня так! Ты нужна мне, Алька! Нужна!

Она была грязной, в крови, но он не оттолкнул ее. Продолжал согревать ее, дрожащую под ветром, своим теплом, и руки сами потянулись к парню. Обняли в ответ, а губы нашли шею.

– Пух, ты здесь.

Сначала Сашка коснулась крепкой груди, потом ладони пробрались под футболку и накрыли горячий живот. Пальцы вдруг дернули пояс брюк.

Игнат замер, чувствуя, как бешено бьется сердце.

– Алька, нет, – удивленно выдохнул, но Сашка только прижалась теснее. Скользнула руками глубже.

– Да.

Он оказался рядом, и ей хотелось его больше. Почувствовать ближе. Как можно ближе, чтобы выжить под этим ветром. Немного отогреться, прежде чем навсегда сковать себя холодом.

– Да, пожалуйста! – проговорила, целуя его шею, подбородок, губы. – Завтра ты исчезнешь, тебя не будет. Ты необходим мне сегодня, сейчас! Пожалуйста, Пух! Пожалуйста…

И Игнат сорвался. Он так давно хотел ее. В этой девчонке была его жизнь. Он всегда принадлежал ей без остатка.

Он повернул и прижал ее к стене чердачного выхода, почти толкнул. С жадностью прижался сам, стаскивая одежду, помогая ей освободить себя. Вскинув на руках, вжался в нее бедрами, вторгаясь в горячее Сашкино тело.

– Алька…

Ее руки царапали, с силой обнимая его. Сашка целовала неистово, не давая парню вздохнуть. Или это он не давал. Разрывая дыхания, они встречались вновь и вновь, не щадя себя, пробуждая рассвет звуками своей исступленной близости. Именно в этот момент эти двое жили. Толчки наполняли тела энергией, а души жизнью. Сашка сжала футболку на спине парня и первый раз в жизни испустила стон. В нем прозвучало не только удовольствие, с ним вышли мука и боль. Игнат поймал этот стон раскрытыми губами, обнял Сашку и снова сказал:

– Я люблю тебя, Алый. Люблю тебя…

Он не отпустил ее. Застегнув на ней воротник куртки, повел вниз. Усадил в машину и пристегнул ремнем. Сашка шла молча, сопротивляться не было сил. Захлопнув за девушкой дверь, набрал знакомый номер на сотовом.

– Рыжий? Привет…

– Игнат?

– Я.

– Черт, который час? – на другом конце связи сонно отозвался абонент.