Драгун, на Кавказ!

Будем потом в нём баранье сало для смазки сапог хранить, помнишь, как в Уфимском депо унтер нам про это рассказывал? Надо бы его, кстати, прикупить, а то вон обувка уже скукожилась вся от дегтя.

Потолкавшись ещё немного по рядам, ребята нашли харчевню, куда заходили местные торговцы.

– И нам туда нужно, – кивнул на распахнутую дверь Лёнька. – Местные деньгу в плохое место ни за что не понесут. Уж они-то знают, где лучше столоваться.

В полутёмном помещении подле массивных столов стояли широкие лавки. Друзья выбрали свободные, уселись, и к ним тотчас подошёл человек из прислуги.

– Служивые, вы пообедать али водочки попить? – обратился он к парням. – У нас здесь к солдатам особенный почёт и уважение, хозяин завсегда их стопочкой от доброго сердца угощает.

– Нее, не положено нам, – покачал головой Лёнька. – У нас шибко строго за этим делом смотрят.

Прислужник оглядел их внимательно и понятливо кивнул.

– Рекрутские, стало быть, вы, ну-ну, тогда, конечно, понимание имеем. И с деньгами у вас, небось, совсем туго? Вы, если что, ребятки, извиняйте, но тут ведь за так не кормят.

– Да есть у нас деньги, – насупился Блохин. – Что уж мы на попрошаек, что ли, похожи? Так-то мы есть слуги государевы, и сами за себя вполне даже можем рассчитаться! – Он вынул общую кассу из кармана. – Целых шестнадцать копеек при себе имеем! Воо! – И разжав ладонь, показал серебряную и медные монеты.

– Вы бы покормили нас на своё усмотрение, – вмешался в разговор Тимофей. – Чтобы и нам по деньгам уложиться, и чтобы вкусно было. А то мы уже скоро год как на казённом провианте сидим. Друг вон совсем от домашнего отвык, одичал даже. Да и я бы хотел у вас местного вкусного отведать. Астрахань ведь всегда славилась богатым столом на Руси. А вы уж, небось, как никто другой это понимаете."

"– Что есть, то есть, – кивнул важно прислужник. – Два десятка лет уже тут, при своём хозяине состою. С десяти лет, с поломойщиков начинал, а нонче-то воон, весь зал и все гости на мне, да ещё и служки-бездельники. Ладно, как любит говорить купец Рычков, а это очень умный человек, я вам скажу, всё будет в лучшем виде. Ждите!

За соседними столами пили, ели, спорили, договаривались о поставках, рядились и отмечали удачные торговые дела многочисленные посетители. Гончаров оглядывал зал, а Лёнька в это время раскладывал гостинцы в большом узелке.

– Ну ты, Тимоха, и мастак же поговорить, эдак витиевато, ажно со стороны заслушаться можно. Вона как энтому понравилось, как на крыльях от стола унёсся.

– Так я что, неправду чего сказал? – ухмыльнулся Гончаров. – Кто, как не старший прислужник, лучше всех знает про местную еду? А доброе слово и уважение, оно ведь любому человеку приятно.