Остановите музыку

В том-то и дело, что я ничего не добивалась. Я просто сказала тебе… — Сглотнула. — Я ведь ничего не просила, ничего не требовала, и тебе… проще было промолчать, и все. Или тебе неприятно, когда тебя любят? Тебе нужно именно платить? Хотя нет, — она поднялась, поправила вырез декольте, который сбился в сторону, когда Шохин ее схватил и потащил. — Дело ведь не в любви, да? Дело во мне. Как я посмела, какая-то девка из стрип-клуба, без твоего высочайшего соизволения влюбиться в тебя! Можно сказать, что осквернила!

— Нина! — Он буквально рыкнул на нее, и Нина внутренне замерла. Но жестом его остановила.

— Я все поняла. И, наверное, все правильно. Прости меня. — Рискнула раскланяться перед ним.

Костя стоял, уперев руки в бока, сверлил ее тяжелым взглядом, и загораживал собой выход.

Нина глупо заметалась перед ним, как загнанный в угол зверек, затем все же рискнула проскользнуть мимо. Очень надеялась, что он не станет ее держать, и едва снова не разревелась, когда Костя схватил ее за локоть, и втянул обратно в гостиную. Взял ее за плечи и встряхнул.

— Что ты творишь?

Она смотрела куда угодно, только не на него. Потом вдруг каяться начала:

— Я не могу. Все дело в том, что я не играю, Костя. Это ты заставляешь меня играть, притворяться, а я не умею. Я чувствую то, что чувствую. И молча раздвигать ноги, радуя тебя своим послушанием, я не могу. Я с самого начала тебе говорила, что я не умею. — Сказала это, и вопреки своим словам, захотелось уткнуться в его плечо и зареветь, остаться с ним и все простить. Но вместо этого осторожно освободилась от его рук и отступила к двери.

— И что это значит? — Шохин неприятно усмехнулся, вышел вслед за ней. — Спасибо, за приятно проведенное утро?

— Наверное. — Ответила еле слышно, все еще не веря, к чему привел ее сегодняшний визит.

Сходила на кухню за сумкой, а к входной двери снова пришлось протискиваться мимо Кости.

— Ты сдурела?

— А что, ты меня не отпускаешь? Мне дождаться разрешения?

— Твою мать. — Он даже головой мотнул, будто не веря в происходящее. Не спускал цепкого взгляда с ее лица. — Ты ждешь, что я уговаривать буду?

Она нервно облизала сухие губы.

— Нет.

— Нет? Ты понимаешь, что ты делаешь? — Костя шагнул к ней, резко поднял руку, и Нина вдруг зажмурилась. Но он лишь уперся в стену рукой, а сам наклонился к Нининому лицу. — Тебя я не устраиваю? Тебе так трудно закрыть рот и не раздражать меня бабскими глупостями? Ты хочешь, чтобы Витя нашел мне замену?

Она толкнула его в грудь.

— Не смей меня пугать!

— Я не пугаю! Я еще надеюсь, что ты включишь наконец мозги! Дура. Ты же потом приползешь ко мне и будешь выть, только поздно будет.

— Не приползу, Костя.

Он криво ухмыльнулся и уверенно повторил:

— Приползешь.