Невеста Моцарта

Даже если не узнает, что его принудил дяденька Ильдар, сотрясая перед носом заявлением об изнасиловании гражданки Абрамовой. Пусть девонька развлекается. Но Антон…

Антона она выбрала сама. Ведь она позвонила ему, не Ивану. И я хотел это видеть — их встречу. Своими глазами, поэтому и вёз её туда куда вёз.

— Ты и правда думаешь, что я в это поверю? Но что бы ты с ним ни сделал, отвези меня к нему, — удивила меня Женька очередной раз, произнеся свою просьбу таким ледяным тоном, что в машине только что стёкла морозными узорами не покрылись.

— Хорошо, дорогая. Всё ради тебя! — легко согласился я.

Ведь мы как раз повернули на просёлочную дорогу, где у неё будет такая возможность.

Ворота на огороженную территорию открылись без вопросов.

За глухим забором несколько гектаров земли. Они смахивали на королевские угодья. Английский газон, по которому носилось несколько десятков собак. За ним — лес, гладь озера с плывущими облаками, замок из серого камня со шпилями и башнями, к нему — мощёная булыжником дорога. Почти Виндзор. Чуточку поскромнее. И у её владелицы, как у английской королевы, почти такая же преданность корги, хотя имя она носила скорее французское.

Я знал, что не стану для хозяйки сюрпризом. Зато я должен удивиться, что она меня ждёт. В общем, таков был первоначальный план, а там как пойдёт.

— Маргарита Владимировна, — раскланялся я в лучших придворных традициях, придерживая рвущегося к собратьям Персифаля.

— Мой мальчик, — Марго похлопала меня костлявой рукой по щеке.

Сколько же ей уже лет? Шестьдесят? Семьдесят?

— Время над тобой не властно, — соврал я.

Хотя и несильно. Она осталась всё такой же высокой, худой, рыжеволосой, с выдающимся ахматовским носом, похожим на клюв. И такой же властной и несгибаемой. Правда шерстяные тряпки, в которых она явно возилась с собаками: трикотажная юбка в пол, перетянутая шалью поясница, и распущенные волосы больше делали её похожей на ведьму, но одно другому не мешало.

— Я не падка на лесть, — хмыкнула она и развернулась к Женьке.

— Моя невеста, Евгения Мелецкая, — представил я. — Маргарита, почти Наваррская, моя давняя знакомая.

На самом деле Нагайская. И не падкая на лесть дама, что украсила перекрещенными буквами «М» и «Н» с замысловатыми вензельками и башню своего замка, и визитки, и сайт питомника, названный её именем, удовлетворённо улыбнулась. А Женька, сражённая вестями про Антона, кивнула с таким равнодушно-царственным видом, что честное слово, будь эта Королева Марго на троне, ей пришлось бы потесниться.

Я спустил с поводка Перси. И кивком предложил Женьке присоединиться к нему. Но она отказалась, на что я тоже рассчитывал. Со скорбно-величественным видом она потащилась за нами.

К счастью, ждать начала представления оказалось недолго.