Личные мотивы

 — Это какой-то новый стиль отношений, что ли? Получается, я сильно отстал от жизни? Стасов, имей в виду, если этот любовник смотался в другой город и туда надо будет ехать, то я…

— Я все помню, — жестко оборвал его Владислав Николаевич. — Мне самому жизнь дорога. Если твоя жена будет чем-то недовольна, то моя жена меня поедом съест.

— Вот то-то же, — назидательно бросил Михаил и отправился беседовать с Валентиной Евтеевой."

"Через два часа он расстался с заказчицей, пребывая в состоянии некоторого недоумения. Засекреченный химик! Ну надо же! Вот угораздило же Стасова принять такой заказ… Если он действительно в недалеком прошлом работал на оборонку, то официальным путем его фиг найдешь. Спрашивать у Максима Крамарева бессмысленно, он ничего не скажет, в этом заказчица, пожалуй, права. Конечно, если бы к Крамареву пришли настоящие оперативники и показали постановление о возбуждении настоящего уголовного дела, то Крамарев обязан был бы давать хоть какие-то показания, хотя и в этом случае ничто не помешало бы ему сказать, что он ничего не знает. А уж с частным детективом он имеет полное право вообще не разговаривать. Судя по секретности, которую Крамарев развел в своем доме вокруг фигуры этого Гашина, никто из его домашних тоже информацией не располагает. Правда, есть одна фигура, которая может оказаться перспективной: Евтеева сказала, что у Гашина сложились какие-то отношения с учительницей арабского языка, которая занимается с дочкой Крамарева. Зовут ее Ольга Константиновна, и она с Гашиным перезванивалась, значит, номер его телефона у нее есть, это как минимум. А как максимум — и адрес. Не исключено, кстати сказать, что Гашин у нее и живет. Что там говорила Евтеева? Что у этой Ольги депрессия, и Гашин оказывает ей моральную поддержку. Знаем мы эти депрессии и эти поддержки, из них потом получаются очень даже веселые свадьбы. Во всяком случае, начать, наверное, следует именно с этой Ольги Константиновны.

* * *Ангелина Михайловна была не в настроении, но сумела взять себя в руки и постараться быть убедительной. В конце концов, так нужно для дела. Людмила Леонидовна Гусарова много занималась внуками, старалась вырастить их разносторонне развитыми, водила в музеи, театры и на выставки, и просто грех было бы не воспользоваться этим обстоятельством, раз уж никак иначе не получается.

— Тебе, Виля, все карты в руки, — говорила она мужу. — Давай, обхаживай Люсю, принимай участие во всех ее походах с внуками на культурные мероприятия.

— Может, все-таки ты попробуешь Льва разговорить? — просительно отвечал Вилен Викторович, которому перспектива посещения этих самых культурных мероприятий в обществе малолетних детей совершенно не улыбалась. Детей он не любил, они его раздражали.