Московский инквизитор

Иванов сказал, что приехал туда лечиться, но о подробностях, как относительно своего здоровья, так и жизни своих родственников, не распространялся."

"— Значит, Иванов первым нашел Рожкова, посмотрел, как тот живет, и понял, что колье у него нет, потому что ради жизненно необходимой ему операции тот мог бы несколько камней из колье вынуть и продать, — подытожил Гуров.

А Степан продолжил:

— Рожков пригласил его в гости, они посидели, выпили, поговорили об общих знакомых, в том числе и о Егорове. Увидев, насколько у Рожкова серьезные проблемы с позвоночником, Иванов, зная, кто был в этом виноват, пообещал найти Егорова и «ноги ему вырвать» — цитирую дословно. Рожков ему не очень поверил, но, когда через пару месяцев ему от Егорова стали приходить ежемесячные денежные переводы на сумму десять тысяч рублей, готов был Иванову ноги целовать, да вот только найти его нигде не смог. А уж когда ему пришел персональный вызов из московской больницы, где ему по квоте должны были сделать операцию, то от счастья чуть с ума не сошел. Операция прошла успешно, но он первое время продолжал пользоваться костылями — врачи велели. Егорова в Москве он найти сумел и слезно благодарил, а тот дал ему денег и сказал, что свой долг перед ним выполнил и они квиты. В городской квартире Егорова он действительно был и жену его видел. А вот его попытки узнать у Егорова, где ему найти Иванова, чтобы поблагодарить, успехом не увенчались — Егоров сказал, что давно того не видел и ничего о нем не знает. Сейчас у Рожкова со здоровьем все в порядке. Он выразил скромное удивление по поводу того, что Николай смог достичь таких высот, но не более. По Рожкову все. Что касается Иванова, то его ищут с сегодняшнего утра, из архива подняли его личное дело офицера, по адресной базе и всем прочим пробивают, но результатов придется подождать. Лазарю Коху были предъявлены для опознания несколько фотографий, среди которых были Рожкова и Иванова. Кох уверенно опознал Иванова как того мужчину, что заказывал копию колье. И еще. Тесть связался с Дворянским собранием, но человека, который мог бы внятно ответить на все вопросы, сейчас в России нет. Он вернется в воскресенье, так что встретиться они смогут только в понедельник. У вас будут какие-нибудь поручения? — вежливо спросил Савельев.

Уже немного успокоившийся Гуров только тяжело вздохнул, но потом все-таки ответил:

— Иди, Степан. Какие могут быть поручения, если от меня сейчас уже ничего не зависит? Будут новости, приезжай.

Парень ушел, а Гуров, чувствуя себя разбитым, лег на диван и уставился в потолок.