Московский полет

– Быстрей! Руку! – приказал он снизу, сунул бутылку, огурец и два стакана в свои бездонные карманы и протянул мне вверх свои руки.

Снизу все ближе громыхали шаги алкашей.

Лежа в чердачной пыли, я потянул своего «кореша» в люк. Он прошаркал ногами по стене, потом влез в люк, тут же отодвинул крышку обратно и заложил ее толстой доской, подсунув эту доску под вбитые по бокам стальные скобы.

– Видал? Моя работа! – гордо показал он на эти скобы и сказал удовлетворенно: – Все! – Х… им, шакалам! Пошли! – И уверенно повел по темному и пыльному чердаку куда-то вглубь, где открыл дощатую дверцу – выход на крышу.

Стая сонных голубей шумно и неохотно взлетела из-под этой дверцы, оставив перед нами на шифере пятна жидкого помета.

– Б… Стрелять эту «птицу мира»! – сказал Чумной, перешагивая через помет. – Не свалишься?

Я осторожно шел за ним, боясь поскользнуться на покатой и влажной от утренней росы шиферной крыше. Взглянув вперед, я увидел, куда он меня ведет – к крохотной площадке с двумя дюжинами телеантенн, похожих на вздыбленные половые щетки. «Неужели они до сих пор не имеют общих антенн?» – подумал я.

А мой «кореш» уже уселся на этой площадке, вытащил из карманов нашу бутыль, два стакана и огурец.

– Первую без закуси! – сказал он.

Тридцать лет назад, в Сибири, в тайге выше Полярного круга, геологи – разведчики тюменской нефти после целого дня работы на сорокаградусном морозе поставили на стол ящик с десятью бутылками питьевого спирта и сказали мне, двадцатилетнему: «Ну что ж, проверим тебя на спирт!» Затем налили мне и себе по полному стакану 96-процентного спирта и подожгли его в этих стаканах. Я оторопел, а они с усмешкой показали, как надо пить горящий спирт – выдохом через нос сбивать пламя, а губами пить…

Но то, что разлил сейчас по стаканам Чумной, не было похоже ни на спирт, ни на водку. Это была какая-то мутная, сизая жидкость.

– Что это? – спросил я.

Вместо ответа он нетерпеливо опрокинул в себя весь стакан, и я услышал, как жидкость забулькала в его горле. Потом он откинулся. Лег на спину и блаженно закрыл глаза.

Я понюхал свой стакан и посмотрел его на просвет. Это был картофельный самогон.

– Ты жид, что ли? – вдруг спросил меня сбоку Чумной.

Я глянул на него и увидел, что он смотрит на меня одним прищуренным глазом.

– Я такой же жид, как ты кацап, – сказал я.

– Ага. Понял. Из Канады?

– Дай выпить сначала. Не порть встречу с родиной.

Я поднял стакан и посмотрел вниз, вокруг себя.