Мрачный Взвод. Моровое поветрие

 – Есть у меня повод людей недолюбливать.

– И неужели за всю твою долгую жизнь никто не показал тебе, что не все люди таковы?

– Пытались, врать не буду. Да только все эти добряки плохо кончили. Теперь я там, где должна быть, – с семьей, окруженная сестрами. И в моих силах их защитить.

– Ты всех местных женщин колдушками сделала?

– Я? Тьфу на тебя, глупая. – Чеслава поднялась, лениво и грациозно потянулась, словно кошка, подошла к столу. – Я просто всех сестер свезла в одно место, вот и все.

– И зачем тебе столица тогда? Неужто думаешь, что высокие стены защитят, если люди решат на вас напасть?

Чеслава села на табуретку, облокотилась о стол, подперла кулаком голову и принялась затейливые узоры пальцем на столешнице выводить. Долго молчала, уже и Душица ерзать на лавке начала.

– У многих наших сестер есть дети, мужья. Есть те, кому места в селе не хватило. Когда Ярилов град нашим станет, я приведу туда остальных. А потом, – Чеслава перевела взгляд на Ярину, – мы скроем город от посторонних. Не трудись, я вижу, что спросить хочешь! Сразу отвечу: столицу прикроем мороком да отводом глаз. Люди будут мимо проезжать, но не город увидят, а безжизненную пустошь. Волшба не позволит чужакам к нам вторгаться. Вот и все.

– Но ведь город можно и построить, – задумчиво сказала Ярина. – Не обязательно Ярилов град захватывать.

– Ты когда-нибудь город строила?

– Нет, но…

– Вот и молчи тогда, – фыркнула Чеслава.

– Но почему именно столица? Неужели…

И снова Чеслава перебила Ярину:

– Думаешь, в другом городе люди смерти заслуживают больше, чем в столице?

– Смерти?

В душе Ярины поселилось нехорошее предчувствие; она прищурилась, подалась вперед и заглянула в темные глаза Чеславы.

– Ты убить всех жителей решила?

– А куда ж их денешь? – ведьма недобро усмехнулась. – По своей воле они не уйдут, биться с дружиной царя, как захватчики, мы не можем. Я хотела, чтобы все мирно прошло, чтобы царь пригрел нас на груди, построил новые дома, чтобы мои сестры жили за высокими стенами. Думаешь, сразу я решила всех жителей в Навь отправить? Нет, изображала из себя покладистую дурочку, под дудку Доброгнева плясала, ублажала его всячески, помогла от царевича избавиться, а он… больно сердобольным оказался, испугался лика своего нового.

Вся девичья невинность куда-то пропала: перед Яриной сидела жесткая, непоколебимая женщина, и в глазах ее не было жалости.

– Что это значит? – голос Ярины прозвучал глухо.

– Не говори, – вдруг вмешалась Душица.

– Почему? Думаешь, сбежит? – лицо Чеславы исказила ухмылка.

– По-хорошему тебя прошу, прекрати.