Монета Александра Македонского

– Что? – Он явно был занят своими мыслями и слушал меня невнимательно, – Да, конечно… то есть как? Что значит – не придешь? Почему не придешь?

Кажется, до него все же дошли мои слова, но у меня было впечатление, что они его ничуть не волнуют и спрашивает он меня просто так, для порядка.

– Зое стало хуже, – сообщила я. – И ей поставили диагноз. Оказалось, что у нее свинка, а свинка, ты знаешь, она очень опасна для взрослых людей…

– Да, опасна… – повторил муж машинально, но даже сейчас в его голосе не было никакого интереса к моим словам.

Это уж совсем удивительно, просто невероятно – к своему здоровью он относится чрезвычайно трепетно!

– Да, особенно для мужчин! – подчеркнула я. – От нее бывают очень тяжелые последствия – ты меня понимаешь?

– Да, понимаю… – вяло согласился он.

– Так что ты понимаешь, что мне лучше остаться у Зои… по крайней мере, еще на несколько дней!

– Да, конечно… делай как лучше…

Да что с ним такое?!

Я была готова к тому, что он начнет ругаться, спорить, отчитывать меня, была готова привести кучу убедительных аргументов – но ничего этого не понадобилось, муж без возражений согласился, чтобы я не ночевала дома! Даже обидно…

Что у них там происходит? Ну, была у него до меня одна жена, так что с того? Ну, развелись со скандалом, попалась шальная баба, хотя, может, это у нее так проявлялась идиосинкразия на Витеночка. Меня, к примеру, тошнит, а этой Лидии хотелось изменить муженьку с первым встречным. Может, это у нее было нервное…

Ну, допустим, Виталий с мамашей решили от меня скрыть факт его женитьбы. Дескать, разведенный, как говорят в народе, «одну жену бросил – и тебя бросит». Мне-то, конечно, по барабану, сколько у него было жен до меня, а точнее, я очень удивилась, что кому-то этот придурок понадобился. Вот бы посмотреть на эту Лидию: может, она такая страшная, что без слез не взглянешь?

Мои мысли были прерваны внезапным скрипом тормозов и чьим-то испуганным криком. Я упала, откатилась в сторону, но тут же вскочила на ноги и осознала, что стою на мостовой, а в полуметре от меня – бампер затормозившей машины. Первая моя мысль была совершенно дурацкая – я порадовалась, что вышла в джинсах, а не в юбке и выгляжу после падения вполне прилично, к тому же не сломала каблук, потому что все еще в кроссовках.

Дверца машины распахнулась, из нее выкатился взволнованный мужчина и подлетел ко мне, испуганно крича:

– Девушка, вы живы? Вы не пострадали?

Только теперь до меня дошло, что, занятая своими мыслями, я шагнула на проезжую часть и чуть не попала под колеса этой самой машины. Но машина меня даже не коснулась, а упала я только от неожиданности.

– Я в порядке, – проговорила я виновато, отряхиваясь.