Обет молчания

Ошибку я совершил, на победную кассету надеясь. Так бы, глядишь, организовал им подходящего утопленника и ушел вместе с ним в небытие. Правда, не знаю, ушел ли бы от Конторы. Скорее всего нет. Эти мое полное физиологическое досье имеют, вплоть до хромосомного кода. Этим туфту не подсунешь. Но хотя бы передышку выгадал. Устал я нападать и убегать без перерыва на обед. Жить устал.

Так, может, и не жить? Может, перестать?

Возможно, я и перестал бы себя жизнью мучить, если бы меня не заело. Если бы не понесло. Да что же такое, что я ни надумаю сделать — все против меня оборачивается. Или меня судьба выбрала в качестве образцово-показательного неудачника? Тогда я эти неудачи в одиночку тащить не желаю! Тогда я ими поделиться хочу. С недругами своими. Вот с ними я и поплакать вместе готов, и помереть. А в пустой комнате пулю в лоб пускать — это не по-нашенски. Их, пуль, в обойме, чай, не одна. Конечно, может, и моя есть. Но последняя. Самая последняя! Иначе я не согласен.

Для меня только одна форма самоубийства приемлема — вначале они, потом я! А если я сейчас в мир иной тихо отойду, кто им мои мучения припомнит? Кто спросит за все?

И дело уже не в спасении, не в конторском приказе, хотя черт его знает, что там в Конторе происходит и за нее или против нее я выступаю, тот приказ исполняя. Дело в принципе. Дело в том — кто кого,

Они — меня! Или я-их!

Глава тридцать первая

Я полез на рожон. Я уже знал туда дорогу. На хитроумные комбинации у меня не было ни сил, ни времени, ни желания. Это спец, над которым начальство висит, не может себе позволить неоправданного риска, а без роду и племени утопленник — сколько угодно. Утопленника Устав за руки не держит.

Два дня я пас место моего недавнего заточения и мост, с которого так неудачно, с точки зрения расследовавших ДТП гаишников, и так удачно со своей свалился несколько дней назад. Я искал знакомое мне лицо. Искал с помощью длиннофокусной оптики издалека, памятуя, что с не меньшим усердием разыскиваемые ищут меня. В соревновании, кто в кого первый пальцем ткнет, выиграл я.

Мне повезло больше.

Я отследил все показавшиеся мне подозрительными машины. Особенно с зашторенными окнами и матовыми стеклами. Не может же человек безвылазно в машине жить? Должен же он хоть изредка из нее выходить по надобности? Ну хотя бы для того, чтобы с женой увидеться, детей по головке погладить?

Должен.

Потому что не бывает легальных агентов без семьи. Тогда бы всех их можно было вычислять по печатям в паспорте. Круглый холостяк? Значит, либо импотент, либо разведчик. Выходи строиться. Это только мы, конторские, обходимся без домашней ласки. А также настоящих фамилий, биографий и мест работ. Мы особняком стоим. А эти — другое дело. Этим легалам без прикрытия нельзя.