Обет молчания

Исполнителей развозили малыми, по два-три человека партиями в закрытых автомашинах. Начальство опасалось случайных дорожно-транспортных происшествий, боялось разом потерять весь боевой материал. Машины подгоняли к трапам грузовых, с замазанными краской иллюминаторами самолетов и, не давая оглядеться, загоняли внутрь стерильно пустых салонов. Самолет летел два часа, садился, и операция повторялась вновь, но уже в обратном порядке: впритирку к люку подходила машина, куда спешно перепрыгивали два-три единственных пассажира многотонного транспортного лайнера, дверца захлопывалась, и машина срывалась с места.

Кроме случайных аварий, заговорщики еще очень беспокоились по поводу измены, отчего к абсолютному минимуму свели контакты исполнителей с окружающим миром.

В полном составе боевики встречались уже за надежно охраняемым забором, внутри тренировочного лагеря, о месторасположении которого они не могли даже предполагать. Надумай кто-нибудь из них сбежать, он бы даже не знал, в какую сторону двигаться. Кроме того, подобная, с неожиданными географическими перемещениями, конспирация позволяла оборвать связь внедренных агентов с Большой землей, если вдруг такие умудрились просочиться в рады исполнителей. Теперь, до мгновения покушения, они бы все равно ничего и никому не могли сообщить.

Покинуть пределы лагеря исполнители могли только в, двух случаях — если их вызывали на задание или если это задание по каким-то причинам отменялось. О том когда последует этот вызов, никто в лагере знать не мог. Тревожную группу могли призвать сегодня, завтра, через год или не задействовать совсем.

Исполнителям оставалось только ждать. Ждать и каждоминутно оттачивать свое боевое мастерство. За последнее отвечал Технолог, а он знал, как добиться успеха.

Глава двенадцатая

Этот третий объект заинтересовал меня больше всего. «Зацепил» он меня, как говорят в нашей среде. Все прочие из перечисленных в конторском списке оказались стопроцентными пустышками. Если заговорщики и использовали их, то лишь для каких-нибудь пустяков вроде изготовления запрещенных к производству отравляющих, наркотических, взрывчатых и т. п. веществ. А вот третий… Я привык доверять своей интуиции, а здесь, на подходах к «тройке», она просто зашкаливала, словно миноискатель, упершийся «хоботом» в связку противотанковых мин, Я был почти уверен, что нашел. Но уверенность равная фактам, хождения в отчетах не имеет. Требовались более веские, чем подозрения, аргументы. Добыть их можно было, только приблизившись непосредственно к объекту.

Облазив окрестные высотки, я убедился, что без соответствующей подготовки незамеченным к искомому забору не подобраться.