Обет молчания

— Занять места согласно боевому расписанию!

Забегали матросики, запрыгали по трапам, пробираясь к орудиям.

— Машина?.. Средний ход!

Корабли выбрали якоря, сошли с места, набирая ход. Но никуда не исчезли, а, совершив манёвр, развернулись, выстраиваясь в боевом порядке.

На кораблях противника завыли, заголосили сирены тревог, заметались экипажи. Поздно…

— Товсь!.. Мамочка моя родная… Залп!

Не по уставу, потому что не учения, а война.

Разом, креня борта, бахнули орудия, взлетели и рухнули противокорабельные ракеты, поскакали мячиками по воде торпеды, застучали по надстройкам, сшибая антенны и прожектора, крупнокалиберные пулемёты…

Взрывы… Дым… Пламя… Падающие, прыгающие в воду фигуры в оранжевых спасжилетах. Содом и Гоморра!

Откуда-то с Родины, за сотни километров, прилетели, упали крылатые ракеты. Откуда — чёрт знает, но попали, нашли цели. Помогли…

— Готовность… Залп!.. Залп!..

Били по подраненным, уже чадящим кораблям. На добивание!

— Ну, всё. Теперь хана… Машине полный …! Валим отсюда, пока нам не наваляли! Шевелись, ветошь мазутная!

Разворот на скорости, рискуя черпануть бортом. Тоже не по уставу.

Ходу!.. Да куда там… Очухавшиеся, пришедшие в себя экипажи уцелевших «коробок» разбежались по боевым постам, ловя в прицелы удирающие корабли.

А там, на дне морском, тишина и покой. Только еле слышное буханье доносится сверху.

Командир на центральном посту. Слушает. Хотя и так всё понятно. Ясно, что дело — труба. Потянул к себе микрофон. Тихо, спокойно, без крика, потому что в подводных лодках не шумят, приказал:

— Слушать в отсеках! Всем! Боевая тревога! Торпедная атака! Боевая, мужики! Всем занять места согласно боевому расписанию! Приготовиться к борьбе за живучесть…

И все всё поняли. И шустро разбежались, встали согласно расписанию…

— Первый, второй, третий… торпедные аппараты… … товсь!

Тишина. Пауза. Напряженные, обреченные лица… Там, наверху, стихло. Но акустикам слышно, как работают, молотят воду винты.

— Пеленг. Поправка. Первый… Второй… Пли!..

Пошли торпеды, прорезая толщу морской воды. Нащупали цели. Разошлись.

Секунда…

Вторая…

Третья…

Взрыв!..

Ещё один!"

"Не учебные взрывы — боевые, раздирающие корпуса чужих кораблей, разрывающие тела матросов и офицеров…

Ещё!

Ещё!..

— Уходим…

Но не ушли, потому что с чужой субмарины, в борт, пришла торпеда, развалившая корпус надвое. И всех, кто был только что жив и на что-то надеялся, смело волной, разбило о переборки, разорвало осколками железа.

Всё — амба! Подводная лодка погибла. Подводная лодка выполнила поставленную боевую задачу!

А на поверхности противокорабельные ракеты, догоняя наши корабли, разносили их в хлам, пробивая палубы и взрываясь внутри, в трюмах. Только несколько эсминцев смогли уйти, помятые и разбитые.