Обет молчания

Далеко… Задержать дыхание, унять дрожь и пулю за пулей, всю обойму, до конца.

Есть! Упал, всплеснув руками.

Перехватить пистолет у охранника и еще несколько пуль в лобовуху джипа, на котором приехал Колобок. Веером!

Извини, парень. Но эту работу ты выбирал сам! А нам выстрелы в спину и фотороботы ни к чему!"

"Всё. Обоймы пусты. Выживших нет. Плохо, что след оборван! И Колобок мертв. Хотя вряд ли он мог еще что-то сказать. Он играл на грани фола, что подразумевает откровенность. Но много хуже, что груз получен не весь! Часть его ушла через Зимнюю канавку, пока она еще действовала!

Успели, всё-таки они успели! И теперь концы в воду. Тут уж точно — в воду Невы! Что в остатке? Куча трупов и оборванные ниточки, которые болтаются и никуда не ведут!

Он выиграл. Но и проиграл. Не смог, не спас, не успел! И что теперь? Что дальше? А ничего. Сушить весла! А пока они сохнут — думать! Думать — это правильно, а не руками-ногами махать. Тут Колобок прав. На то ему голова дадена! А не для того, чтобы в нее есть. Надо соображать! Извилинами шевелить.

Нет безвыходных ситуаций. Есть хреновые исполнители!

* * *И еще раз. В сотый. Хоть в тысячный. С самого начала!

Террористы захватили Эрмитаж. Это понятно. Это политика, это к делу не относится. Переговоры, угрозы, тары-бары. А под шумок они стали набивать непромокаемые тюки. Ну, не пропадать же добру, которое на каждом шагу, потому что это Эрмитаж. Куда ни плюнь — сокровище.

Пока всё сходится.

Тюки сбросили в Зимнюю канавку, похоже, сразу. Пока еще силовики не оседлали соседние здания и не перекрыли все подходы. Потому что мгновенно это не сделать — там расстояния и окон до чёрта. Опять же стрельба-пальба, заложники и прочий антураж. А он сильно отвлекает. Короче, проглядели.

Тюки ушли на дно, где их подхватили и уволокли, к сожалению, в неизвестном направлении. Потом силовики узнали, поставили снайперов, подстрелили пару террористов и… канал «закрылся».

Вопрос: они всё подряд гребли? Похоже на то. Если вспомнить нумизматическую коллекцию. Но тогда получается, что заказчик — любитель. Если ему всё равно, что брать. А он точно не любитель. Вон как всё обставил через цепочку исполнителей. А те— не дети малые. Заказчик серьезный. А заказ — нет. Может такое быть? Вряд ли…

Вспоминать, вспоминать!

Он же вытаскивал, перегружал, он видел. Пусть куском, пусть мельком. Но видел! Копаться в памяти, напрягать извилины, вытрясая из них информацию. Никогда ничего не забывается. Это их еще в учебке учили, заставляя вспоминать события, которые месяц, а то и два назад происходили… Причем самые пустяковые: кто что сказал, точнее ляпнул между делом, хотя потом оказывалось, что не между делом, а специально, чтобы через пять недель тебя спросили. Или описать внешность.