Обет молчания

Огня пока видно не было.

Но пожарный на том не успокоился, а, продолжая рисковать жизнью, полез по лестнице дальше, цепляясь за перила и на ощупь находя путь!

Второй этаж.

Третий…

На площадке третьего этажа, на полу, кашляя и выпучив глаза, катался какой-то немец. Который увидел спешащего к нему пожарного и радостно потянул навстречу ему руки.

Спасен! Теперь — спасен!"

"И точно, пожарный подошел к нему, участливо склонился над ним и, перешагнув через него, пошел дальше. Наверх. Потому что там, наверное, его помощь нужна была больше, чем здесь!

Четвертый этаж!

Три двери.

Две — настежь. Одна — закрыта.

Пожарный стал ломиться в запертую дверь, колотя в нее топориком и выворачивая замок. Пожарные с запорами не церемонятся, дабы спасти жильцов.

Он быстро выломал дверь и шагнул внутрь.

В квартире дыма было немного, потому что очаг пожара располагался не в ней. Но все равно люди здесь могли задохнуться от поступающего через вентиляционные отдушины и с улицы дыма.

Где они?

Ага — вот они!

Навстречу пожарному шагнул какой-то крупный немец, на боку которого поверх ночной пижамы болталась кобура. А в руке было развернутое, с фотографией, удостоверение.

— Halt! — рявкнул он, заступая дорогу, размахивая удостоверением и тем мешая спасать человеческие жертвы. Наверное, он наглотался дыма и не отдавал отчета в том, что творит. — Achtung!

— Бу-бу-бу!.. — сквозь маску невнятно, так что ничего не разобрать, забубнил пожарный, указуя топориком на себя, на окна, на огнетушитель, что был в его левой руке, и на дверь, из-за которой с лестницы повалил черный дым. — Бу-бу-бу-у!

Что можно было понять как призыв и приказ к спасению! Потому что подъезд в любую следующую минуту мог вспыхнуть, а дом — рухнуть!

— Бу-бу?.. У-у-у-у!! Угу?..

Мужчина с пистолетом был в растерянности. Стрелять в пожарного он не решался, потому что тот был в форме, при исполнении им его прямых обязанностей и потому что с улицы доносился вой десятков сирен, а из подъезда валил удушливый дым.

— Угу? — спросил пожарный, поворачиваясь к двери.

Мужчина опустил пистолет.

— Уу-у!.. — ткнул пожарный топориком в мужчину. — У-уууу! — ткнул в дверь и схватил себя за горло.

Его поняли. Да и как не понять, когда, и верно, дышать стало совершенно нечем? Потому что там, сзади, на лестничной площадке отчаянно горела и воняла только что зажженная дымовуха!

Пожарный поставил на пол огнетушитель и, сбросив со спины, протянул задыхающемуся мужчине баллон, наверное, с дыхательной смесью.

— У! — показал он на болтающуюся на шланге маску. — Ого!.. Угу?

Мужчина закивал и схватил маску, ткнувшись в нее лицом. Потому что маска обещала спасение.

— О-о! — удовлетворенно сказал пожарный, нащупывая рукой на баллоне вентиль.

Нащупал и повернул вниз до упора красный рычажок.