Обет молчания

— Первый — Третьему, Шестому, Восьмому!.. Приказываю занять исходные возле дома семнадцать, дома двадцать один и дома сорок шесть по улице…

Старший сыщик отводил силы за внешнее кольцо пожара.

Он отрывался от суеты сотен людей, среди которых найти и опознать объект было невозможно. Он концентрировал силы на путях его возможного отхода.

— С ума съехал Первый, — судачили между собой оперативники. — Тут пожар, люди гибнут, а он…

Но исходные позиции занимали.

— Первый — всем! Отслеживать всех людей, выходящих из зоны. Всех! Вне зависимости от возраста!

Ну, точно тронулся…

Сыщики зашли в подъезды, встав у окон, выходящих на пожар, присели на дворовые скамейки…

— Смотреть в оба!

От горящего дома никто не шел. Все бежали к дому, боясь упустить дармовое зрелище.

— Третий, Шестой, Восьмой — что у вас нового?

— У меня пусто.

— Выходящих из дома нет.

— У меня тоже пока ничего похожего…

— В каком смысле «ничего похожего»? И что тогда непохожее? Кого ты видел?

— Только женщину с коляской.

— Какую женщину?

— Да я не рассмотрел. Она от дома бежала, плакала… И коляску катила…

— Ребенок кричал?

— Что? Какой ребенок?

— Ребенок в коляске кричал?

— Кажется, нет… Нет, он спал…

— Спал?!"

"Ребенок, вытаскиваемый из пожара, не мог спать в коляске! Хотя бы потому, что рядом кричали люди и надрывались сирены. Ребенок в коляске должен был орать…

— Ты видишь ее? Еще видишь?

— Да…

— Организуй сопровождение.

— Но она же… Она же баба!

— Плевать, что баба! Не спускай с нее глаз! Я иду к тебе!

Старший сыщик рванул с места как молодой. Впервые за много лет он почувствовал азарт погони. Старая, провалявшаяся всю жизнь на диванах, но натасканная в щенячьем возрасте на дичь гончая вдруг взяла след.

— Где он?

— Кто он?

— Ну хорошо, она! Где она?

— Вон идет.

Женщина с коляской была женщиной. Она шла как женщина, смотрела в коляску как женщина, поправляла на себе одежду как женщина… Мужики так ходить, так смотреть и так поправлять одежду не умеют!

Эта женщина была, безусловно, женщиной!

Потому что ничем не напоминала мужчину. Разве только ростом.

Только ростом…

— Я проверю. Сам, — быстро сказал старший сыщик.

И побежал вперед. Не к женщине, далеко в обход, чтобы встретиться с ней, идя ей навстречу. Контакты на пересекающихся курсах вызывают меньше подозрений.

Он усмирил шаг. Восстановил дыхание. Надел на лицо удивленно-любопытствующее выражение. И побежал туда, откуда доносился вой сирен и столбами вверх поднимался дым.

«Пожар — это очень интересно! Очень интересно!» — повторял он про себя одну и ту же фразу, входя в образ прохожего-зеваки.

Поравнялся с женщиной.

— Вы оттуда? — быстро, почти не глядя на нее, спросил он.

Женщина кивнула.