Мокрое дело водяного

Полковник свел брови в одну линию, и тут снова раздался звонок.

Я встала.

– Потом обсудим поведение Кузи, пригласившего человека по собственной инициативе, не советуясь с остальными. И никого не предупредил о встрече. Пойду открою. Женщина на пороге, неприлично ее не впустить.

Александр Михайлович промолчал, а Собачкин зашипел:

– Ну, ты молодец!

– Да, – согласился приятель, – если говорить об уме и сообразительности, то мне их не занимать!

Как отреагировал на его заявление Дегтярев, я не слышала, потому что вышла в прихожую и открыла дверь.

С первого взгляда стало понятно: навряд ли Серафима Васильевна испытывает материальные трудности и явилась к нам, чтобы получить немного денег. На пороге стояла стройная дама в дорогом меховом манто. Ее красиво покрашенные и уложенные волосы не прятались под шапкой. На ногах были тонкие замшевые, идеально чистые сапожки. В таких ходить по улицам декабрьской Москвы холодно, а из-за грязи на тротуарах они мигом превратятся в полное непотребство. На плече у гостьи висела шикарная маленькая сумочка, за забором стоял джип «Порше», на переднем сиденье виднелся силуэт шофера.

– Господин Кузьмин попросил меня срочно приехать, я Серафима, – представилась незнакомка.

– Очень приятно, Дарья. Проходите, пожалуйста, – предложила я. – С нетерпением ждем вас.

– Когда я узнала, что речь идет об Ирине Леонидовне, сразу помчалась в Ложкино, – сказала Коркина."

"Под шубой у нее было роскошное платье, на которое я положила глаз в Париже, но не купила, потому что жаба схватила меня липкими лапами за тощую шейку, сжала изо всех сил и прошипела мне на ухо: «Эй, совсем сбрендила? Отсчитать за тряпку такие безумные деньги? Ну уж нет!» Пришлось бежать из магазина несолоно хлебавши.

Дама пошла по коридору в офис, я двигалась за ней, пытаясь подавить приступ зависти. Похоже, Серафима выдрессировала свою жабу, та забилась в угол, накрылась тазом и не квакает. А моя окончательно распоясалась, неделю назад она прогнала меня из магазина, где незаконно торгуют настоящим французским шоколадом. Дорого жабе там показалось!

Глава тридцать первая

– По какой причине я, бросив все дела, примчалась к вам? – улыбнулась Серафима, взяв из рук Семена чашку кофе. – Мой супруг всемирно известный врач, светило, консультирует больных по всему миру. А я работаю, как сейчас говорят, стилистом, ко мне всегда стоит очередь. У меня много наград за победы в международных конкурсах. Зачем я об этом говорю? Хочу похвастаться? Нет. Я добилась успеха благодаря Макниной. Надо объяснить, кем для меня являлась Ирина. Семнадцатилетняя Симочка завалила вступительные экзамены в МГУ, получила двойку за сочинение.