Моя пылкая любовница

Она вздернула подбородок, словно смогла прочесть его похотливые мысли и теперь ждала, что он набросится на нее прямо здесь, в холле.

Соблазнительная мысль, хулигански подумал он. Но это удовольствие придется отложить до тех пор, пока тут не станет теплее.

Сжав губы, Джулианна приготовилась ко всему. Все ее инстинкты кричали «Тревога!», предупреждали, что Рейф Пендрагон — мужчина, с которым не так-то просто справиться.

Будь у нее хоть чуть-чуть здравого смысла, она бы сбежала. Немедленно!

Но она не могла отступить, не могла нарушить слово, и надеялась она только на силу своей воли и характера. Они помогут все это пережить.

«Боже милостивый, — беззвучно всхлипнула Джулианна, — что я наделала!»

Но прежде чем она успела окончательно впасть в панику, Пендрагон протянул руку и взял ее обтянутую перчаткой ладонь. Медленно, словно гипнотизируя, он начат снимать перчатку, стягивая ее по очереди с каждого пальчика. Теперь обнаженная рука Джулианны лежала в его руке, и все это показалось ей даже более интимным, чем, допустим, поцелуй."

"Не отводя от нее взгляда зеленых глаз, он снова поднял ее руку вверх и прижал ее к своей щеке. Ее ладонь сразу загорелась теплом, его кожа оказалась гладкой, недавно выбритой.

Завороженная его прикосновением, Джулианна ждала. Сердце ее отчаянно колотилось, дыхание сделалось поверхностным. Она дышала все быстрее и прерывистее, потому что Пендрагон вдруг сдвинул ее ладонь так, что она прижалась к его губам. Он приоткрыл рот и влажным кончиком языка провел по ее ладони круг. Джулианна ахнула. Пендрагон поцеловал это место и опустил ее руку, свернув пальцы в кулачок. Джулианна вздрогнула — ее, словно пронзило током, кожа запылала, потом ее бросило в холод, потом снова в жар.

«Я должна чувствовать себя оскорбленной, — выбранила она себя. — Оскорбленной и потрясенной до глубины души». Даже Бэзил не прикасался к ней, таким образом, а ведь он был ей мужем. Но только никакого оскорбления она не чувствовала и отшатнуться ей не хотелось.

«Я не могу ему отказать, — убеждала она себя. — Только поэтому и позволила такую вольность. Только поэтому остаюсь рядом».

Да только вовсе не принуждение удерживало ее на месте, когда Пендрагон повторил все с другой рукой — перчатка, ласка, поцелуй. А потом спокойно отошел, чтобы положить ее перчатки на столик рядом со шляпкой.

Руки ее дрожали, щеки пылали. В запястьях бешено колотился пульс, и Джулианна поняла, что никогда ничего подобного не испытывала.

«Что он со мной сделал? И что сделает дальше?» Вернувшись обратно, Пендрагон взял ее за правую руку и, не произнеся ни слова, мягко потянул за собой.

Они поднялись вверх по лестнице, потом пошли по длинному, застланному ковром коридору к высокой деревянной двери в самом его конце.