Моя пылкая любовница

Простой серый капюшон закрывал ее лицо так надежно, что виднелись только кончик носа, губы и подбородок.

С трудом подавив порыв втащить ее внутрь и заключить в объятия, Рейф удовольствовался улыбкой.

— Я уже решил, что вы не придете, пробормотал он. Ее нежный аромат щекотал ноздри.

— Я не сразу нашла кеб, — почти шепотом ответила она. — И мой кучер задержался дольше, чем я ожидала.

Налетел порыв холодного ветра. Ее юбки зашелестели, а края капюшона затрепетали. Несмотря на яркое солнце, день был холодным.

— Я замерз. Входите.

На какую-то долю секунды она замялась, но вошла. Рейф заметил, что кебмен смотрит на них, и махнул ему рукой, давая понять, чтобы тот уезжал. Когда он закрывал дверь, Джулианна резко повернулась:

— Почему мой кеб уехал? Я же велела ему ждать!

— Не беспокойтесь, я отправлю вас домой. — Он подошел ближе. — А теперь, почему бы вам не снять плащ?

Она до сих пор не откинула капюшон, словно страшась лишиться этой иллюзорной защиты. Словно все еще сомневалась, стоит ли ей оставаться тут с ним.

Нужно признать, с ее стороны это был смелый поступок — прийти сюда. Будь он джентльменом, позволил бы ей закутаться в плащ, приказал бы запрячь карету и отвез ее домой. Но поскольку таковым ему никогда не быть, он давно оставил всякие попытки даже казаться им.

Рейф медленно протянул руку и откинул ее капюшон. Под ним оказалась шляпка с широкими полями и темной кружевной вуалеткой, закрывавшей ей глаза.

Он невольно улыбнулся:

— Я вижу, вы предприняли все возможные предосторожности, чтобы остаться неузнанной."

"— Конечно, — самым серьезным тоном ответила Джулианна. — Чтобы никто ничего даже не подозревал.

— Здесь очень тихий район. Всего несколько обитателей, и никто из них не знает друг друга. Именно поэтому я и выбрал этот дом — за его вполне уединенное расположение. Не так уж просто найти что-нибудь подобное в шумной столице.

Дом, расположенный на юг от Куин-сквер, был, в самом деле безупречным. Красивое двухэтажное георгианское строение прекрасно гармонировало с окрестностями. С обеих сторон дома и подъездной дорожки росли кусты вечнозеленого самшита и высокие вязы с давно оголившимися ветвями. Спереди два акра земли были обнесены высокой кирпичной стеной, обеспечивая полную отрешенность от внешней жизни.

— Ну, — повторил он, шагнув еще ближе, — позвольте помочь вам снять плащ.

Она отпрянула:

— Я… я сама, благодарю.

Сильно трясущимися руками она развязала темно-синюю ленту под подбородком и сняла шляпку. Волосы ее блестели, темные и глянцевитые, как соболиный мех, в воздухе витал едва уловимый приятный аромат. Рейф забрал у нее шляпку и положил на мраморный столик.

Когда он повернулся, Джулианна возилась с застежкой плаща, но у нее ничего не получалось.