Моя незнакомая жизнь

 – А зачем вы лазили по болотам? Разве я не велела тебе держаться подальше от болот?"

"– Мама, ты сначала требуешь правду, а потом сама же меня за нее и ругаешь.

– Я не…

– Ты всегда так делаешь. Сначала выдавливаешь из меня подробности, потом ими же меня попрекаешь.

Подобная мысль ее, видимо, никогда не посещала. Нужно отдать маме должное: при всей своей пристрастной подозрительности она человек справедливый и даже способна признавать свои ошибки. Правда, тут же делая их моей виной.

– В общем, да, так и есть, я постоянно тебя за что-то ругаю. – Мама смотрит на меня, словно впервые видит. – Но ради твоего же блага, чтобы ты избегала ситуа-ций, в которых можно принять неправильное решение.

– Просто ты мне не доверяешь. Тебе всегда мало моих слов.

– Но это же нормально! Конечно, я проверяю. Я должна знать, что происходит в твоей жизни, дабы предупредить негативные последствия твоих поступков.

– А почему ты считаешь, что у моих поступков обязательно будут именно негативные последствия?

– Потому что ты лживая, скрытная и неуправляемая.

– Ну, вот и поговорили…

Я никогда прежде не спорила с ней, принимая как должное все ее расследования, и потому мама никогда не произносила того, что прозвучало сейчас. И она сама испугалась своих слов. Но сказанного не воротишь.

– Не смей со мной разговаривать таким тоном!

Ага, привычный гамбит, когда нечего возразить. Раньше я все это пропускала мимо ушей, но теперь я другая. Нынешнее лето изменило меня, и то, что я принимала раньше, сейчас не приму. Потому что не понимаю, отчего я всегда виновна, то есть в любом случае виновна по умолчанию. Больше не хочу, чтобы каждый мой шаг контролировался, словно я слабоумная. И меня достает постоянная необходимость собирать доказательства своей невиновности, готовить алиби и оправдываться. Бесконечно оправдываться. К тому же любые оправдания подвергаются тщательной проверке путем звонков подругам, родителям подруг, соседям… Мне надоело чувствовать себя шпионом во вражеском тылу, тщательно прятать все, что касается моей настоящей жизни. Ведь даже самые невинные вещи не вписываются в представления матери о том, что мне, по ее мнению, нужно.

– Молчишь?! Совсем распустилась за лето! Ну, я за тебя возьмусь…

Вот и все. О чем можно говорить, если я априори вечно подозреваемая, обвиняемая, подсудимая и осужденная в одном лице? Но больше так не будет. Я еще не знаю, что сделаю, но уж точно не позволю с собой так обращаться.

– Куда ты собралась? Немедленно вернись!

Истошный крик матери гонит меня из подъезда.

Отчего она всегда так орет? Неужели сама не видит и не понимает, как гадко выглядит? Зачем она это делает со мной? Почему папа всегда молчит и всегда на ее стороне?

Я ненавижу Суходольск.