Моя любимая заучка

Вместо этого он дрочил. Не за ближайшим углом, конечно. Только не хватало ещё, чтобы кто-то увидел. Получить репутацию злостного университетского дрочилы не вписывалось в его планы.

— Я в ахуе, как теперь это развидеть? — вздохнул Максим, закрывая глаза и откидываясь в кресле, — Мне кажется, страшнее в жизни я ничего никогда не видел. И больше не увижу.

Боря весело рассмеялся:

— Да ладно тебе, ты преувеличиваешь. Но в целом, да… картина не очень приятная глазу. Кстати, как дела с Ромашовой?

Громов открыл глаза и посмотрел на друга:

— Да нет у меня никаких с ней дел. Ну, кроме патрулирования.

Боря изогнул бровь:

— Серьёзно? Хорош уже, раз я всё знаю, то давай без этих твоих недомолвок. Она надела кулон. И смотрела на тебя сегодня как-то необычно.

— Надела, — кивнул Громов, — Хотя были сомнения на этот счёт. Не знаю, как она там смотрела, я ничего не видел кроме неприязни. Единственное, что, когда тащил её с аудитории, она даже не сопротивлялась.

— Я видел. И именно потому, что я вас заметил, увёл за собой всех остальных. Вот думал расскажешь или нет, — улыбнулся Боря, — Но я искренне рад, что у тебя появились хоть какие-то продвижения.

— Спасибо. Мне пора.

Громов поднялся с дивана, потянулся, и отправился в их с Ромашовой совместный кабинет.

Наконец-то можно будет созерцать что-то настолько прекрасное, что поможет забыть Паулину и её новую подружку — лысину.

* * *— Я заполнила все бланки за месяц и отправила ректору ещё на прошлой неделе, — Ромашова стояла к нему спиной и раскладывала бумаги на столе, — Как всегда, сделала всё за тебя, можешь не благодарить.

Лиза шуршала свитками, а Максим стоял в проходе, подпирая косяк и блуждая цепким взглядом по её телу. Она специально на патрулирование напялила на себя короткую юбку? Он и до этого не особо участвовал в их общем задании, а теперь и подавно не будет.

— Ты можешь и вовсе не идти со мной, если не хочешь, — Ромашова повернулась к нему, откидывая кудри за спину, — Я ничего не расскажу Ирине Петровне.

Она завела руки назад и облокотилась ладонями о стол, отчего моментально захотелось завалить её, впиться губами в нежную шею, схватить за кудри и целовать, гладить, ласкать…

— Громов?

Ромашова наклонила голову чуть в бок, беглым взглядом блуждая по его лицу.

Максим встряхнул головой, отлип от дверного косяка и встал в проходе в полный рост, засунув руки в карманы брюк.

Внезапно накатила злоба. Хуй его знает, откуда она взялась и явно была здесь третьей лишней.

Громов прищурил глаза и спокойным ледяным голосом спросил:

— Ты с ним спала?

Лиза уставилась на него, как на ненормального:

— С кем?

— Со Смирновым.