Мой хозяин

Там, внизу, он взял меня, как последнюю шлюху… Может быть, ему и удалось добиться отклика моего тела, это ничего не меняет. Он — хозяин, а я — вещь. Точно такая же, как и измученная, голодная Стэлла. Но если он думает, что при этом я покорно пойду к нему в спальню, он ошибается.

— Вряд ли, — уголок его рта дрогнул. — Мне не нравится, когда приходится повторять несколько раз, Милана. И ты уже должна была это понять.

— А мне не нравится, когда один человек считает себя вправе распоряжаться жизнью другого, — парировала я, не отводя взгляда. — И ты уже тоже должен был это понять.

— Милана… — В его голосе послышались предупреждающие нотки.

Я так и стояла, не отводя взгляда. Несколько секунд он смотрел на меня, а после его взгляд опустился ниже — к моей шее, к вырезу халата. Глаза потемнели, зрачки едва заметно расширились. Я уже знала этот взгляд. Желание. Откровенное, тёмное, явственно читающееся в бездне его ледяных хищных глаз. Дёрнув, он развязал узел на поясе халата, но я тут же запахнула полы и отступила. Казалось, он не ожидал этого. Скулы напряглись, в глазах появилось опасное выражение, и он дёрнул ворот.

— Я не хочу, — твёрдо сказала я и попыталась убрать его руку.

— Смотри-ка, как заговорила! — губы его искривились, и он дёрнул полы уже двумя руками.

Силы наши были не равны, и халат распахнулся, обнажив грудь. Вот только сдаваться я не собиралась. Не в этот раз. Прикрылась и попыталась отойти. Он тут же поймал меня и толкнул к постели. Выражение его лица было напряжённым, к желанию во взгляде прибавилось что-то острое. Я понимала, что он может сделать, понимала, что меня ждёт и всё равно сопротивлялась. Стоило ему опрокинуть меня навзничь, я начала вырываться и шипеть. Ударила его в грудь, в плечо, впилась ногтями в кисть руки.

— Ах ты… — Вандор замахнулся, и я зажмурилась, ожидая удара по лицу, но кулак его врезался в матрас в каких-то миллиметрах от моей головы. — Не смей этого делать! Никогда! — процедил у моего лица и принялся срывать с меня халат.

— Отпусти меня! — я попыталась ударить его коленкой, но он так плотно прижимал меня собой, что у меня ничего не вышло. — Пусти! — снова толкнула его в грудь. — Что, изнасилуешь?!

— Возьму своё, — рыкнул он и попытался ухватить меня за подбородок, но я отвернулась.

— Я не твоя! — истерично крикнула я. — И никогда твоей не буду. Нравится силой — давай. По-другому же ты не умеешь!

Глаза его стали совсем чёрными, с губ сорвались ругательства. Он снова дёрнул халат, и пальцы его прошлись по моей груди. Новый взгляд глаза в глаза. Я перестала вырываться. Отвернулась и, проглотив слёзы, вытянула руки вдоль тела. Почувствовала прикосновение к шее, к ключицам, меж грудей и вниз, к животу. Свела бёдра. Мне не хотелось.