Мой хозяин

— Тебя мужик какой-то искал, — наконец сказала Стэлла, и напряглась уже я.

— Мужик?

— Да. Он приходил на следующий день после того, как тебя увезли. Орал благим матом, угрожал… Требовал сказать, кто тебя выкупил.

— И что ему сказали? — спросила я, чувствуя, как с каждым её словом учащается биение сердца.

Матвей. Конечно же, это Матвей! Я знала, что он не оставит меня. Милый, милый Матвей… Сама того не замечая, я сжала ладони в кулаки. Неужели у меня всё ещё есть шанс?! Неужели не всё для меня потеряно? Может быть, ему удастся договорится с Вандором? Он всегда умел договариваться с людьми. Если он скажет, что у нас были серьёзные планы, что я его… В конце концов, он ведь сын обеспеченных родителей. И если ему удалось найти деньги, чтобы выкупить меня из питомника, наверняка он может предложить что-нибудь и Вандору.

Стэлла снова посмотрела на меня. Пристально, без какого-либо намёка на радость. Взгляд у неё всегда был колкий, тяжёлый с чем-то таким, напоминающим отчуждение, но сейчас всё это стало как будто более явным. На мой вопрос она не ответила. Вместо этого проговорила очень тихо:

— Будь осторожна, Милана.

— Что они сказали ему? — повторила я более требовательно. Схватила её за руку. — Стэлла! Что они сказали тому мужчине?!

Она тяжело вздохнула и повысила тон:

— Ничего они не сказали! Питомники не распространяют подобную информацию, Милана!

Я почувствовала промелькнувшее в её голосе раздражение, и сама разозлилась. Чем она недовольна?! Что ей не нравится?! Резанула взглядом и встала с постели. Стэлла осталась сидеть. Я чувствовала её взгляд, устремлённый мне в спину. Прошло около минуты, прежде чем она заговорила снова:

— Ты понимаешь, к какому человеку попала? Ты видела его дом?

Я обернулась, оглядела её с недовольством, но она только невесело усмехнулась.

— Это Матвей, — уверенно заявила я. — Он… мы с ним… Мы с ним встречались. У нас планы были…

— И кто такой этот Матвей? — резко перебила она меня. Обхватила запястье, потёрла его. Я невольно посмотрела на её руку и увидела синяк. Тёмный, почти чёрный. — Кто он, Мила?

Я недолго молчала, а после тихо проговорила.

— У его отца какое-то дело… Я точно не знаю. Кажется, производство мебели.

Она смотрела на меня так, что слов было не нужно. С насмешкой и сожалением, как на безнадёжную дуру. Я снова начала злиться и, не сдержавшись, вскрикнула:

— Ну что?! Что? Говори!

— Ничего! — закричала она в ответ, глаза её зло блеснули. — Ничего, Милана! Просто послушай себя! Включи голову! Ты попала к человеку, который нормально к тебе относится! Ты знаешь, каких денег стоит купить шлюху в питомнике?! Даже такую шлюху, как я?! — её от природы тихий, достаточно мягкий голос звенел.