Мой чужой ребенок

Утром одеваю свою малышку в привезенную Любой одежду, и не могу поверить, что она так спокойна. Арина что-то лопочет, тыча в мою щетину пальчиками и жмурясь от ее колючести. Ее большие голубые глазки, которые она унаследовала от меня, с любопытством озираются вокруг, пока мы идем к выходу. Я никак не могу перестать держаться за нее. В жизни так сильно не боялся, как этой ночью, увидев, что мой ребенок не дышит.

Вспоминаю тот момент, когда впервые увидел ее, взял на руки. Она так же смотрела на меня большими глазами, а потом заплакала, очень трогательно скривив крошечный ротик, и я навсегда потерял свое сердце. Осознание того, что я действительно отец, шарахнуло меня, как молнией по лбу. Я не представлял всего масштаба чувств и эмоций, которые этот крошечный человечек вызовет во мне, хотя уже и знал о его существовании. Мое самое ценное сокровище, за которое я готов отдать жизнь. Моя дочь. Не представляю, как можно пережить смерть своего ребенка и даже думать об этом не хочу.

Когда мы приезжаем в отель, женщины уже встали и собирают очередную сумку в спальне Любы, где она спит с Аришей.

- Вы приехали! — первая замечает нас Маря.

Она подбегает и крепко обнимает нас с Аришей своими тонкими руками, порывисто целуя мою дочь в макушку и в лоб, а я чувствую невероятное тепло в грудной клетке. Мне нравится то, что Марина действительно привязалась к моей Арише и переживает за нее. Чувствую разочарование, когда она отстраняется, смущенно смотря то на меня, то на Любу, я понимаю, что ее смутил этот порыв и она не уверена, может ли вести себя так при том, что формально я ее начальник и у нас было лишь одно свидание.

- Простите, — бормочет она, опустив взгляд и нервно теребя свои пальцы. — Я разволновалась."

"- Ничего, — успокаиваю я ее, беря за руку.

- Можно мне ее подержать? — подает голос Люба, тяня руки к Арине.

Я не хочу отдавать дочь, но уступаю. Люба снова плачет, прижимая к своей груди Аришку.

- Стас Сергеич, она ведь в порядке?

- В порядке, — мрачно говорю я. — У нее в носу застряла деталь от игрушки, Люба.

Няня бледнеет, широко раскрыв глаза в страхе.

- Стас Сергеич… Клянусь, я понятия не имею, как это могло случиться! Она ведь даже намеком не показала, не плакала, ничего! Я не знаю, как это могло произойти. Простите, пожалуйста! Ариночка, милая, прости меня!

Ариша начинает рваться на землю, устав от того, что ее все прижимают, и Люба всхлипывая, ставит ее на ножки. Моя девочка неуклюже бредет к своему мягкому домику с игрушками, стоящему в углу.

- Я хочу, чтобы ты разобрала все ее игрушки и выбросила все, от чего может отломиться деталь и вообще все, что кажется небезопасным.

- Да-да, я немедленно это сделаю! — бежит за Ариной Люба.

- У нее что-то застряло в носу? — пораженно переспрашивает молчавшая до этого Маришка.