Моя до полуночи

Говорят, что он за ней ухаживает.

А потом от Кристофера пришло еще одно письмо, да такое ужасающее, что Амелия удивилась, как обыкновенные чернильные закорючки на листе бумаги могут разорвать сердце на куски. Было странно, что, несмотря на страшную боль, она все же выжила. Она слегла на неделю, не выходила из своей темной комнаты, слезами довела себя до болезни, но и дальше продолжала плакать.

Смешно сказать, но ее спасло то, что Уин и Лео заболели скарлатиной. Она была им нужна, и забота о них выдернула ее из глубокой ямы меланхолии. После этого Кристофер Фрост не удостоился ни единой ее слезинки.

Но отсутствие слез – не то же самое, что отсутствие чувств. Сейчас, шествуя рядом с Кристофером, Амелия, к своему удивлению, обнаружила, что до сих пор чувствует к нему привязанность.

– Я не имею права советовать вам, как вести свои сердечные дела, – сказал Кристофер, предлагая ей руку. Амелия немного замялась, прежде чем принять ее. – Однако вы знаете, что станут говорить люди, если вас увидят с ним.

– Я ценю вашу заботу о моей репутации, – стараясь, чтобы ее слова звучали не слишком саркастически, ответила она. – Но вряд ли я единственная, кто позволяет себе капризы на этой ярмарке.

– Если вы в обществе джентльмена, на капризы, как вы сказали, могут не обратить внимания, но он цыган, Амелия.

– Я это заметила, – сухо сказала она. – Я думала, что вы выше предрассудков.

– Это не только мои предрассудки, а предрассудки общества. Можете игнорировать их, если желаете, но за все придется расплачиваться.

– Ваш аргумент по крайней мере спорный. Мистер Роан на днях уезжает в Лондон, а потом – неизвестно куда. Так что я сомневаюсь, что когда-либо снова его увижу. И мне непонятно, почему вас вообще это заботит.

– Амелия… Я сожалею, что причинил вам боль. Вы даже себе не представляете, как я сожалею. Поэтому мне не все равно, если вы будете страдать из-за еще одного опрометчивого романа…

– Я не влюблена в мистера Роана, – сказала она. – Это было бы глупостью.

Снисходительный тон Фроста раздражал ее. Амелии захотелось сделать что-то дикое и безответственное, просто ему назло.

– Почему вы не женаты? – вдруг спросила она. Вопрос был встречен долгим вздохом.

– Она приняла мое предложение, чтобы угодить своему отцу, а не потому, что питала ко мне искренние чувства. На самом деле она любила другого, но ее отец не одобрял того человека. Кончилось тем, что они сбежали в Гретна-Грин.

– Вам не кажется, что это справедливо? Вы бросили ту, которая вас любила, а она бросила вас ради человека, которого любила.

– Вас утешит то, что я никогда ее не любил? Она мне нравилась, и я ею восхищался, но… но это было ничто по сравнению с тем, что я чувствовал к вам.

– Нет, меня это нисколько не утешает.