Мой граф

– Ты хочешь сказать… что не знаешь?

– Нет, – терпеливо ответил Грегори. – Оно похоже на какую-то мокрую скомканную тряпку.

Идеальное белое чело леди Дамары прорезала изящная морщинка.

Марбери коротко хохотнул.

– Ну, Уэстдейл, мне тебя жаль. – Он оглянулся на Пиппу: – Харроу, что ж ты за камердинер? Не поделиться последним криком моды со своим господином? – Он взглянул на бриджи Грегори, которые мало оставляли места воображению, и его глаза расширились. – Впрочем, прошу простить меня, если у него была веская причина для молчания, – пробормотал он.

И опрометью ринулся мимо парочки, так толкнув при этом леди Дамару, что та чуть не потеряла равновесие и тихонько вскрикнула. Грегори схватил ее за другую руку, чтобы поддержать, и Пиппа в душе ахнула, увидев, что леди Дамара умудрилась притянуть его ближе, так близко, что не осталось ни малейшего зазора между ее впечатляющим бюстом и его бицепсами.

В сердце вспыхнула ревность. Неужели они пара? Во всяком случае, ведут они себя именно так. С чего бы еще им потребовалось несколько секунд, чтобы разъединиться, словно они давнишние любовники, которые не могут друг без друга. А когда они наконец разъединились, леди Дамара с глупым хихиканьем заворковала о том, как ей не терпится показать Грегори забавный портрет прапрадеда лорда Тарстона в галерее наверху, а Грегори галантным широким жестом предложил даме пройти впереди него к буфету.

Пиппа была ужасно зла на Грегори… хотя и не знала почему. Он просто джентльмен. Мелкие рыцарские жесты вовсе не означают, что он увлечен леди Дамарой. И разумеется, из этого следует, что его сердечное поведение по отношению к Пиппе отнюдь не значит, что он питает к ней нежные чувства.

Но отчего-то такая логика была ей не по душе, какой бы успокаивающей ни выглядела. «Это потому, что ты хочешь, чтобы Грегори питал к тебе нежные чувства!» – подсказал ей тоненький внутренний голосок.

– Доброе утро, мистер Доусон, – любезно обратился Грегори к ее новому другу, который ответил на приветствие. – И тебе доброе утро. Харроу. Полагаю, этим утром ты сопровождаешь на завтрак мистера Доусона?

– Да, действительно, – сказал мистер Доусон раньше, чем Пиппа успела ответить, и это хорошо. Потому что горло у нее перехватило от целой бури эмоций, и она не была уверена, что ее камердинерский голос прозвучал бы достаточно ровно.

– И это весьма удачно, – продолжил мистер Доусон, – ибо он спас панталоны Марбери и его гордость. Попросите его рассказать об этом поподробнее, а то он слишком уж скромен.

– Нет, – подала голос Пиппа прежде, чем сообразила, что заговорила без спросу. – Я нипочем не стану рассказывать об этом случае.

– Харроу не обычный послушный слуга, – пояснил он своей спутнице. – Если он не хочет отвечать, то и не будет.