Леди не копают могилы

Диана участливо покивала и вновь рискнула набрать в ложку варенья."

"Старушка же наконец присела с противоположной стороны стола и придвинула к себе вторую кружку. Правда, ни ложку, ни варенье для себя не взяла. Да и на разговоре больше не настаивала, сидела, молча прихлебывая чай, и не мешала гостье наслаждаться своим кулинарным шедевром.

Почему в королевском дворце вечно подают безвкусный клюквенный джем, когда можно...

Осененная другой, внезапно пришедшей в голову мыслью, Диана отложила ложку в сторону.

Глена, Глена... Она же постоянно путалась в именах местных, но это имя застряло на подкорке мозга, словно песок на зубах — мешая и царапая.

— Глена — это девушка, которую недавно пороли! — выпалила Ди, наконец поняв, откуда ей известно это имя.

Глашира помрачнела, но кивнула утвердительно.

Глава 15

— Подождите, как такое возможно? — Диана отодвинула от себя варенье, вмиг потерявшее для нее привлекательность. — Глена ведь рабыня, но она ваша дочь, а вы... — начала она перечислять известные ей факты и оборвалась под мудро-снисходительным взглядом собеседницы. — Вы тоже, — сделала Ди очевидный уже вывод и уставилась на Глаширу во все глаза. — Как так может быть?

Себастиан ведь говорил... Впрочем, мало ли что он говорил. И она тоже хороша — нашла кому поверить.

— Ну, а как это бывает? — печально улыбнулась Глашира. — В Гвидоре легко попасть в долговую яму, а пусть оттуда — либо деньги, либо рабство. Отец Глены скончался, когда я еще только ждала ее появления на свет. Набрала долгов, выплатить не смогла... — Пожилая женщина развела руками в воздухе. — И вот итог.

Диана смотрела на нее во все глаза.

— То есть Глена стала рабыней с рождения из-за вашей... — Она чуть было не ляпнула жестокое «из-за вашей ошибки», но вовремя заменила слово: — ...задолженности?

— Это Гвидор. — Лицо старухи вновь исказила невеселая улыбка. — Но беременность меня и спасла. Меня не отправили в бордель, как это случается со многими, а продали в качестве кухарки в приличный дом. Там и родилась Глена.

— Рабыней, — мрачно произнесла Ди.

— Это Гвидор, — повторила Глашира и, отведя взгляд, поднесла к морщинистым, сухим и выцветшим от возраста губам свою кружку. Сделала глоток. Лицо ее при этом было совершенно спокойным и каким-то умиротворенным, чего нельзя было сказать о глазах.

Какую жизнь видела эта женщина? Что сейчас проносилось перед ее внутренним взором?

Диане стало неловко, будто она заглянула в чужую спальню в самый интимный момент. Она тоже взяла в руки кружку и отпила стремительно остывающий чай, начавший теперь отчего-то горчить.

— Что было дальше? — спросила, качая кружку в ладонях.

Глашира вздрогнула, словно проснувшись, и подняла к Диане глаза.

— Много чего было, госпожа. — Повела она худым плечом.