Леди не копают могилы

— Я думала, в них давно уже нет нигде недостатка.

Дешево и удобно, а потому уже много лет артефакторы изготавливали накопители огромными партиями во всех уголках королевства.

— Да откуда у нас? — беспечно отмахнулась Глашира, в этот момент накладывающая варенье в небольшую, но глубокую плошку. — Да и без надобности.

Про надобность Ди бы поспорила.

Но не стала. Пожала плечами и обняла ладонями кружку. Из нее поднимался ароматный пар, щекочущий нос запахом цветов и трав.

— Вы не побрезгуете? — осторожно спросила хозяйка, и задумавшаяся Диана растерянно вскинула к ней глаза.

Старушка стояла напротив с другой, еще пустой кружкой в руках.

— Ах, да, конечно. — Диана наконец сообразила, что та спрашивает разрешения присесть с ней за один стол.

Глупость какая-то, если вдуматься: это же Ди пришла к ней, а не наоборот.

— Пробуйте, пробуйте варенье. — Глашира поставила на стол чашку, а сама вернулась к плите, чтобы налить чай и для себя.

Диана с любопытством покрутила предложенную ей ложку. Размером она была примерно с десертную, но все же чуть больше, а по форме скорее напоминала лопату. Тем не менее блестела на солнце и, на первый взгляд, выглядела чисто. В домике Глаширы вообще все было очень опрятно. Поэтому Ди пожала плечами и, набрав немного густой янтарной массы из плошки, сунула ее в рот.

— М-м-м... Вкусно!

Причем так вкусно, черт возьми, что она даже не ожидала. Да в столице вся знать с руками оторвала бы такое угощение, а того, кто может его приготовить, немедленно угнала бы в рабство!

Только в Сливде рабство не шуточное, а настоящее. И вспомнив об этом, Диана тут же подавилась и отчаянно закашлялась. Хорошо, что она еще не сказала, о чем думала, вслух.

— О боги! Воды? — забеспокоилась хозяйка.

Но Ди уже вновь начала дышать и только замотала головой, стараясь незаметно смахнуть выступившие от кашля слезы.

— Это я... от жадности.

— Рада, что вам понравилось, — снова расслабилась пожилая женщина. — Вы ешьте, ешьте, не торопитесь. Я Янису всегда так и говорю: ешь не спеша, а то подавишься.

Диане сразу стало не по себе при упоминании мальчика с жутким взглядом.

— И он вас понимает? — спросила она откровенно бестактно.

Однако Глашира не обиделась и лишь немного снисходительно, но вместе с тем по-доброму улыбнулась.

— Он понимает гораздо больше, чем всем кажется, госпожа, гораздо больше.

И грусть в ее голосе тоже была, и тоска, и сожаление.

— А где он, кстати? — полюбопытствовала Диана, окинув взглядом пустой тихий дом. Да и тема местонахождения мальчика явно была куда безопаснее, чем обсуждение его недуга.

Ход был верным: грусть с лица старухи исчезла, вернулась улыбка.

— С Гленой обед повезли в поле, — сказала она не без гордости. — Она сегодня в усадьбе выходная, так тут помогает. Вот и сына с собой взяла.