Страж моего сердца, или как не влюбиться в дракона

Несколько бесконечно долгих секунд мы стояли так, в шаге друг от друга, разделенные лишь струями прохладной воды. В его глазах читалась борьба. Словно он из последних сил сдерживался, чтобы не перейти ту грань.

И сейчас мы были на самом краю, и оставалось лишь одно движение, чтобы все рухнуло в бездну.

Нет. Это не правильно!

— По-моему, достаточно, — выдохнула я, пытаясь вложить в это имя весь свой протест, все негодование.

И отпрянула.

— Разумеется, — произнес он тихо и чуть насмешливо, отступая на шаг назад, и его руки медленно, неохотно выпустили меня из объятий. — Тебе, как целительнице, виднее.

Я мгновенно ощутила прохладу там, где еще секунду назад было его горячее, почти обжигающее тело. Струи воды вновь хлынули на нас, смывая последние отголоски наваждения, возвращая реальность на свои места.

Отвернулась первой, борясь с накатившим смущением, и направилась к краю бассейна. Выбираться пришлось осторожно, подол мокрого платья тяжело тянул к земле, и только когда мои ноги коснулись шершавого края, я облегченно выдохнула. Почти получилось вернуть самообладание.

Не глядя на Райвена, я торопливо стянула с полки серое полотенце, укуталась в него, стараясь хоть как-то скрыть мокрую ткань, облепившую тело, и потянулась за вторым, чтобы отдать ему.

Но в этот момент мое сердце болезненно екнуло. От дверей, пронзительно цокая каблуками, прямо к нам стремительно приближалась сьера Морент. В руках она сжимала какой-то листок бумаги, а в глазах ее плескалось торжествующее злорадство.

Она остановилась прямо напротив Райвена и, даже не удостоив меня взглядом, протянула ему бумагу.

— Я же предупреждала тебя, Дэмиан, — с явным удовольствием в голосе произнесла она и кивнула в мою сторону, — насчет этой девицы.

Сьер Райвен молча взял листок из ее рук, и я увидела, как его глаза стремительно пробегают по написанному. Мгновение, другое, и его лицо резко окаменело. Что там написано? Мое сердце билось так громко, что, казалось, его стук был слышен всем вокруг.

Дракон сжал бумагу в кулаке, скомкав ее так, что побелели костяшки пальцев.

— Это не твое дело, Селеста. — в его голосе звенела сталь. — И если хоть одна душа узнает об этом, ты горько пожалеешь.

Сьера Морент едва заметно побледнела, словно не ожидала от него подобной реакции.

— Напиши отсрочку от практики по болезни для сьеры Дилмур, — холодно продолжил Райвен, не сводя с нее ледяного взгляда, — и не смей более вмешиваться в мои дела.

Затем, резко развернувшись ко мне, он коротко скомандовал:

— Идем, Айвелин.

48"

"Едва дверь дома сьера Райвена закрылась за спиной, как я ощутила, что ноги едва держат меня. Напряжение последних часов тяжелым камнем давило на плечи.