Топ-модель 2. Я хочу развод

Нутро снова в узел, ярость ошеломительная. Слепит.

— Потому что я хочу свободы, — рублю наотмашь.

Брак фиктивный, а боль от грядущего развода — настоящая.

Я делаю движение, чтобы освободиться, но Максим не пускает. Тогда прикладываю усилие и спрыгиваю с его колен.

— Ты говорил, у тебя нет любовницы, — вновь взрываюсь.

Мне бы уйти гордо, а я все эту тему тру.

— У меня ее нет. — Его голос звучит устало. Словно не осталось аргументов, словно мои слова, что ему нужно съехать, Макс воспринял всерьез.

— От тебя пахнет секретаршей из отдела кадров. Ты же знаешь, я, как ищейка, чувствительна на запахи.

— Я попрошу ее уволить завтра.

— Развел тут харассмент, бедная Ада. Нашелся, блин, властный босс. Отвратительно.

— Блядь, да, — подтверждает. Будто для него это тоже открытие. Будто собственное поведение его царапает. — Пиздец.

— В любом случае это ничего не изменит, ты мне врал.

Максим тоже спрыгивает с подоконника и подходит к столу. Наливает себе выпить, делает глоток.

— Я тебе не врал. Женщины — это всегда обязательства. Единственное обязательство, что у меня есть, — перед тобой и Витой, других мне не надо. Время идет, Аня, между тобой и мной ничего не меняется. Я не могу быть просто отцом, пусть даже самой красивой девочки. У меня крышу рвет периодами, агрессии много, груша в спортзале не справляется. Я действительно хочу сохранить наш брак, но согласен: выходит херня. Мы не спим, но оба ревнуем.

— Пора освободить друг друга.

— Ты знаешь, я не хочу освобождаться.

— То есть тебя не парит, что я выслеживаю тебя и закатываю сцены? Не парит моя обложка и то, что я еду в Париж? Говорят, твои цыганские родственники в истерике, сиськи мои рассматривают с лупой.

Максим делает еще глоток. Очевидно, тема ему неприятна. Он как будто вообще не просчитывал, что делать в этом случае, словно и не собирался со мной разводиться. Выглядит огорошенным. Много ругается матом, что ему тоже не свойственно. С катушек слетел?

— Выпьешь со мной? — спрашивает.

— Дочка дома. У меня уже грудь распирает, надо бы ехать.

— Она, наверное, уже спит.

Пусть я дура полная, но не могу отказать решительно. Ищу компромисс:

— Может быть, в другой раз выпьем? Здесь пахнет сексом, ты пахнешь сексом и другой женщиной. Я очень чувствительна на запахи, ты ведь знаешь, меня может даже стошнить. Мне уже тошно.

— А ты пахнешь моей дочей, — говорит Максим с какой-то болезненной улыбкой, раньше я такой у него не видела. — И моим домом. Поэтому я не могу дать тебе свободу.

— Бросишь тут курить, с такой жизнью и работой.

Помощник, Денис Кравченко, громко хохочет, делая вид, что шутка удалась. Угораю над его попытками угодить боссу. Год в новой должности, а все не привыкну, как люди реагируют. Попробуй тут берега не потеряй.