Ты предназначена мне

Плита была включена – должно быть, сегодня её вообще не выключали, сквозь прозрачное стекло духового шкафа было видно большой лоток.

— Сюда редко приезжают чужаки, — обменявшись с ней взглядами, снова заговорил он. – А ты…

— У половины здешних трудяг от вида твоей задницы ширинки так и понадувались. Да и бабёнкам здешним интересно посмотреть на городскую штучку.

Я так и вспыхнула. Слова его мгновенно заставили меня вспомнить утреннюю сцену с Русланом и всё, что случилось дальше на улице. За весь день мы с Давидом обмолвились об этом лишь парой ничего не значащих фраз, потому что на большее просто не было времени. Едва придя в трактир, я попросила его найти мне новый дом. Дом, комнату… Что угодно, только бы подальше от Руслана. Предназначена ему… Мысль о его словах, о том, с какой уверенностью он говорил, вызывала во мне бурю гнева и негодования. Ни объяснений, ни попыток попросить прощения – только это самое жёсткое – предназначена. Моя. Как какой-то мячик для пинг-понга…

— Вечером мне надо будет забрать вещи, — в несколько глотков допив морс, я заставила себя надеть туфли и встала. Что-то подсказывало, что новая встреча с Русланом окажется для меня ничуть не легче предыдущих. Для того, чтобы настроиться на неё, времени у меня оставалось совсем мало, а если учесть, что как раз перед тем, как я пошла сюда, в трактир завалилось несколько мужчин, только-только, судя по всему, вернувшихся с моря, его не было вообще.

— Где я могу остановиться? – спросила, когда Давид ничего не сказал на мои предыдущие слова.

Он смотрел на меня задумчиво, уже знакомым мне взглядом, и это заставило меня напрячься. Ни намёка на усмешку, только лучики морщинок в глубине глаз и совершенное спокойствие. Франческа прошла к плите, открыла духовку, выпуская облако жара и аромат печёного картофеля и мяса.

— Давид, — уже требуя ответа. – Где я могу остановиться?

— Там, где остановилась, — выговорил он. – Других домов тут нет.

— Я не буду жить у Руслана! – усталость, нервное напряжение, так и не нашедшее выхода после нашей ночной, а вслед за ней и утренней стычки с Русом, лишили меня всякой выдержки. – В жизни не поверю, что тут больше нет свободных домов. Я готова заплатить сколько нужно. Да даже если и так… — в непроизвольном жесте махнула рукой. – У вас что, нет комнаты? Или подсобки?! Всё, что мне нужно – кровать. Всё.

— Тут нет домов, — всё так же спокойно, твёрдо, глядя мне в глаза. – И комнаты у нас тоже нет, а подсобка забита.

Я знала, что это откровенная ложь. Мало того, Давид отлично понимал, что я знаю это, но продолжал смотреть на меня так, что у меня не было сомнений – ничего не изменится. Какие бы деньги я не предложила, как бы ни пыталась убедить его – бессмысленно. Перевела взгляд на Франческу.