Мне не стыдно

На меня уже натьфукали… вон, даже в больницу попал.

— Хорошо, что вообще жив остался.

— Согласен. Ну ступил, с кем не бывает…

— Действительно. Да уж, съездили в командировку… Ты теперь-то чего делать будешь?

— Подожду следующего хода Верещагина. Он, конечно, любит свою дочь, но убивать меня, я думаю, не собирается.

— Ну надеюсь. Ты хоть и придурок, а мне пригодишься ещё…

После разговора с Юрьевским Сергей, недолго думая, позвонил Рите. Но она по-прежнему не брала трубку. Странно… неужели Верещагин и до неё добрался?

Страх тугим узлом скрутился в животе у Мишина. На себя было по барабану, но Ромашка… Ей и так по жизни досталось, не хватает только наездов Верещагина для полного счастья…

Поэтому Сергей решил позвонить Варе. У Риты с Варей отношения вроде бы сложились, впрочем, он вообще слабо представлял себе человека, у которого могли бы не сложиться с ней отношения.

Варя, в отличие от Ромашки, взяла трубку сразу.

— Да, шеф.

Сергей фыркнул.

— Привет, Варь. Скажи мне, а где Рита? Я что-то звоню-звоню…

— А-а-а, ей пока бесполезно звонить. Она заболела.

У Мишина даже сердце от волнения заколотилось.

— Заболела? А… чем?

— Простудилась. Недавно мама её звонила, предупредила, что Рита не придёт. На больничном будет минимум неделю.

Если бы Сергей стоял, он бы, наверное, сел. Но поскольку он лежал… пришлось просто тупо таращить глаза и открывать рот.

— Мама?..

— Ну да. — Варя, видимо, не понимала, что в этом такого удивительного. — Мама.

Значит, Ромашка всё-таки взяла трубку.

— Ладно, Варь. Могу я тебя попросить…

— Сообщать тебе о том, как Рита себя чувствует?

— Да. А… как ты догадалась?

— Ну я вообще догадливая.

* * *Что ни говори, а каждому человеку нужна мама. Даже взрослому.

Я почти забыла, каково это — когда о тебе заботятся. А мама развела бурную деятельность — поменяла влажное постельное бельё, заставила меня обтереться мокрой губкой, переодеться в чистое и лечь в постель. Подоткнула мне одеяло, сварила куриную лапшу и накормила ей меня, сходила в магазин и купила чая, мёда, лимонов и кучу прописанных врачом лекарств. Да-да, и врача она мне вызвала, как и обещала, сразу."

"Удивительное дело, но она меня толком и не ругала, хотя раньше обязательно бы прошлась по моей безответственности, безголовости и общей неблагодарности. Так, повозмущалась, но в пределах нормы: «Как это — нет лекарств?!», «Почему у тебя настолько пустой холодильник?!», ну и классика — «Боже, какая ужасная квартира!»

А я лежала и улыбалась. Мне было хорошо. Наверное, это от высокой температуры…

Остаток понедельника и вторник прошли как в тумане. Я только спала, пила лекарства, ела и ходила в туалет. В перерывах между этими увлекательнейшими занятиями я смотрела на маму и недоумевала.

Я немного… не узнавала её.