Мне душу рвет чужая боль

 – А я буду играть в «двадцать одно»… Слушай, Бобыль, мы же с тобой, типа, джентльмены, в Англию скоро поедем, замок себе купим… Надо «Блэк Джек» говорить, понял? А то засветишь в Англии свое «очко», кто с тобой потом дружить будет, а?

– Может, лучше в «секу»?

– Нет в Европах такой игры. Там в покер секутся… Но мы не в Европах, поэтому давай в «секу»…

Для начала Артур спустил Бобылю двести тысяч, потом вернул их с приличным наваром, а затем снова проиграл их. Но, как это должно было случиться, настало время, когда Бобыль снова стал терять в деньгах. Парень всерьез верил, что удача повернется к нему, но Артур прочно держал ее за хвост, и в конце концов Бобыль снова остался на бобах…

– Ничего, ничего, я еще отыграюсь, – пробормотал он, взглядом одержимого пронзая пустоту.

– Отыграешься, – кивнул Артур, сгребая в сумку свой выигрыш. – Когда-нибудь.

– Почему когда-нибудь? – вздернувшись, очумело посмотрел на него Бобыль. – У нас еще схроны есть, и там еще много. И доля моя там…

– Я играю только на наличные, – покачал головой Артур. – Вот когда будет схрон, тогда и сядем за стол… А пока держи…

Он швырнул Бобылю банковскую упаковку новеньких «ярославок».

– Это тебе за твои труды… И на хозяйство…

Парень с жадностью схватил пачку, бесновато прижал ее к груди.

– А давай отыграюсь!

Ничего другого Артур от него и не ожидал.

– Я на такую мелочь не играю…

– А в схронах моя доля! Давай поделим здесь и сейчас!

– Какая там твоя доля? – скривился Артур. – Ты знаешь, где я вчера ночью был? На кладбище. И знаешь, кого там видел?

– Жмака я там видел. Его душу… Не хотел я тебе это говорить, но раз уж пошла такая пьянка… Ругал меня Жмак. За то, что я его долю тебе отдал… Ты ж его замочил, он теперь на тебя злится.

– Так ты ж сам его хотел замочить.

– Мало ли что я хотел.

– Да ладно тебе! – еще без суеверного страха, но уже с сомнением во взгляде отмахнулся от Артура Бобыль.

– А не веришь, давай на кладбище сходим. Тут рядом… Или он сам к нам зайдет.

– Кто зайдет? – заметно забеспокоился парень.

– Жмак. Или Никитос. Или оба.

– Ты давай, наливай. Дернем для храбрости и пойдем. Или «Блэк Джек» жим-жим, а?

– Да не вопрос, вмажем и пойдем…

К тому времени, когда за окнами сгустилась темнота, Бобыль еле держался на ногах. Зато Артур чувствовал себя неплохо.

Бобыль смог перелезть через забор только с третьего раза. Порвал штаны, поцарапал руку, но даже не заметил этого. И темнота на кладбище ничуть его не испугала.

– Ну и где здесь Жмак? – громко спросил он. И, не дождавшись ответа, закричал: – Жма-ак!.. Никито-ос!.. Нет никого, в натуре!

– А место хорошее, да? – чуть позже, думая о своем, сказал Артур.