Мне душу рвет чужая боль

Он бредил, и с каждым разом слова его становились все тише, пока совсем не стихли. Какое-то время Жмак шевелил губами, но потом прекратилось и это…

И все же он был жив, когда «Форд» остановился за длинной стеной кооперативных гаражей. Артур заранее облюбовал это место, потому что отсюда через прибрежную лесополосу можно было уйти к лодочной станции. Бобыль угонит моторку, и они спокойно уйдут из города по воде. Если, конечно, не поднимется шум… А он мог подняться, потому что дьявол перестал улыбаться Артуру.

– Надо его с собой взять, – с сомнением сказал Бобыль.

– Чтобы он тебе долг скостил? – ухмыльнулся Артур.

– Э-э, долг?.. Ну, может, и скостит…

– Не скостит. Он уже одной ногой на том свете. Сейчас и вторую туда поставит… Добить его нужно, чтобы не мучился…

– Мы что, звери? – возмутился Бобыль.

– Не мочить, помогать…

Артур достал из-за пояса пистолет, но, приставив ствол к голове Жмака, передумал.

– Может, пусть живет? – спросил Бобыль.

– А если выживет? Хочешь, чтобы он сдал ментам наши схроны?

Бобыль не хотел остаться без денег, спрятанных по тайникам. И когда Артур оставил Жмака без ремня, сам вызвался затянуть у него на шее удавку. Вызвался и затянул…

– А теперь уходим, – Артур кивнул в сторону реки.

Не было смысла счищать свои «пальчики» с гладких поверхностей в салоне: и Никитоса рано или поздно опознают, и Жмака. Все равно менты узнают, кто был в машине. Надо уносить ноги, пока есть возможность.

Автомат Артур забрал с собой. Пусть он и слаб против инкассаторской брони, но, по-любому, это оружие, и оно в любой момент может ему пригодиться. Бобыль прихватил с собой свой любимый ноутбук, но моторную лодку, до которой они добрались быстро и без приключений, завел без его помощи. Здесь не было никаких иммобилайзеров и сигнализаций, поэтому с техникой он справился в два счета. И сам же сел на корму за руль.

Пока лодка не вышла на середину реки, Артур внимательно смотрел за берегом, все ли там спокойно… Похоже, дьявол снова улыбнулся ему. Из города они вышли без шума и пыли, разве что с водяными брызгами…

Плохой город. Не повезло им здесь, и уходили они отсюда без денег. Но до ближайшего схрона всего ничего – километров двести, там целый клад – три миллиона в оранжевых «хабаровках» и сине-зеленых «ярославках». И это еще далеко не все – под Москвой еще больше.

– Лавье забрать надо, – в раздумье сказал Бобыль.

– А дальше? – нехорошо посмотрел на него Артур.

– На дно ложиться надо. Ты говорил, в Крыму сейчас хорошо.

– С деньгами везде хорошо…

– Да не вопрос… Так что, идем за баблом?

– Не за баблом, а за деньгами, – поправил Артур. – Сколько тебе раз говорить, за словами следить надо. Чтобы за уркана тебя не приняли…

Бобыль мотал срок за убийство.