Мистика

  Я призналась, что тоже видела его и знаю о ней, просила поделиться своими мыслями и впечатлениями.  Похоже, что она молчала о нем  все эти годы – почти двадцать лет,  не рискнув рассказать даже своим близким.  А со мной будто прорвало плотину – она  рассказывала…  Что я вынесла из нашего разговора?  Что ей, как и мне, он тоже очень сильно понравился с первого взгляда, да это  видно было по ее рисункам.   Напрашивался вывод – сам Ваня никогда не сделал бы первый шаг и не попросил бы о близости,  не намекнул бы на нее, даже если все эти женщины понравились ему.   Скорее всего, я оказалась отчаяннее всех остальных, смелее и настырнее – у меня была цель, которая отметала всякий стыд и любые понятия о приличии.

    Я сделала еще выводы -  так же, как и ко мне, это пришло к нему уже когда мы стали близки – через тесные прикосновения кожа к коже, горячечный шепот и поцелуи,  ощущения после близости – сытости, легкости и отрешенности от всех бед, а главное – возникшего  чувства, что возле тебя  давно знакомый и близкий  человек.  Может, это была и химия –  запах его кожи понравился мне.  А может, и физика – наши энергетические поля соприкоснулись и просто офигели от высочайшей степени совпадения… я не знаю.  Но теперь я верила, что он обязательно вернулся бы, если бы мог.

   Я не представляла себе, что за отношения были у них с женой?  Но, уже понимая немного Ваню, сделала вывод, что их  порушила не последняя  сцена на вокзале, все и раньше было плохо, а как – теперь не узнать никогда.

   Вика отдала мне все рисунки, кроме одного, оставив его себе на память.  Я часто перебирала их и представляла, как построю когда-нибудь для себя и дочки дом, обустрою его,  закажу рамочки и уберу под стекло  на стену Ванины портреты, чтобы Анечке было кого называть папой.  В отдельной витринке  вывешу  реплики его наград,  о который узнал Коля, сделав запрос в архив – два ордена Красного знамени, медаль «За отвагу», которая давалась в основном пехоте - за личное мужество.  А он с риском для жизни  предотвратил возгорание боеприпасов, спас людей и технику.  Это было кратко описано в наградном листе.  Еще -  «Слава» второй степени.  Копии наград  вместе с копиями наградных листов хранились рядом с рисунками и теми фотографиями, которые сделал полковник Бортников.

   Эти снимки я не рискну показать маленькой Ане.  Может, потом – когда она подрастет.  Наших  лиц там почти не видно, расстояние делало их неузнаваемыми.  Серия снимков показывала  объятие мужчины и женщины возле танка, их поцелуй, потом – я за руку тащу его в баню, а он спешит за мной.  Здесь расстояние съемки было другим и я даже видела улыбку на  лице  Вани…  Эти снимки тоже входят в перечень того немногого, что осталось у меня на память о нем.