Мистика

  Это же хорошо?  Зачем вы ищете негатив там, где его нет?

-  Я буду ждать его следующий раз, я обязательно буду здесь, когда… -  уже почти спокойно  ответила я, вставая, чтобы уйти спать и… замерла на месте, буквально оцепенев -  вдруг погас свет и раздались знакомые грохот и лязг.  Мою кожу, наверное, можно было сравнить с наждаком, так ее продрало морозом и страхом, природу которого не понять –  не Ваню я боялась.  Прошептала,  с трудом ворочая языком:

-  Я с вами, я здесь, Алена, - раздался из темноты ровный мужской голос.

-  Не смейте выходить!  Не смейте, слышите? – вскрикнула я, - и никого не пускайте.  Я сама… - метнулась я к выходу из дома.

   Вдогонку донеслось:

-  Не ставьте его перед выбором, он будет не в вашу пользу, а это больно.  Не делайте ему больно, Алена.

-  Пошел ты… - простонала я, рывком закрывая за собой дверь.

  Слетела с крыльца, чудом не навернувшись и сердце дернулось – испугалась, схватилась за живот.  Пошла… быстро пошла, а потом все равно бежала.  Скрипнула дверь в старом доме, и показалось сонная физиономия Голубева.

-  Скройся, уйди-и, - страшным голосом прошептала я, и дверь мигом захлопнулась.   Еще несколько шагов… угол дома и запах… снова этот запах горячего железа и  дизельного топлива.  Ваня спиной ко мне спускался с брони.  Стянул шлемофон, оставил его возле башни, оглянулся,  а  я задохнулась густым,  вязким воздухом…  замерла, ожидая – узнает… нет?

-  Алена! –  увидел он меня, шагнул, протягивая руки…

   И я с разгону кинулась ему на шею, пряча лицо на его груди и жадно вдыхая знакомый запах.

-  Как же ты долго, - промычала в комбинезон, цепляясь за  него и не давая отстраниться.

-  Ну что ты?  Я же обещал вечером?  Дай хоть посмотрю на тебя, -  развернул он меня лицом  к  восходящей луне и замолчал, вглядываясь.  И я плохо видела его в темноте, смутно.  Потянулась к его губам, ощутила их тепло, потом  жадный напор…

-  Мало времени, родная, совсем мало, - оторвался он, тяжело дыша и  провел  рукой по моей спине вниз, стиснул ягодицу, прижал к себе…

-  Чуешь, что делаешь со мной? Весь день так хожу… – почти простонал он мне в шею, впиваясь в нее поцелуем.

   Но я  еще  не совсем потеряла разум  и  помнила, что секс сейчас – дело второе.  Я просто не выживу, если опять…  Потянула его за собой вниз по склону.  Мы почти пробежали это расстояние, и только открывая дверь бани, я поняла, что мне мешает – фонарик в руке, который я прихватила по дороге, но так и не включила.  Мы специально оставили его на видном месте для бабы Мани.  А я так и сжимала его в кулаке, даже обнимая Ваню – пальцы свело, будто судорогой, а я и не заметила…

   Вскочив в предбанник, включила фонарик и кинулась в тот угол, где была спрятана мазь - лекарство для Ваниных рук, нагнулась, достала, сжимая склянку в руке.