Мистер Генофонд

Только не знаю, как теперь на работе коллегам в глаза смотреть?

Увидеть это было невозможно, но я почувствовал кожей, как ее губы растягиваются в улыбку.

— Если так скажу, то совру.

Дверь раскрылась, и я впервые пожалел, что не купил себе квартиру на двадцатом этаже или вообще не отгрохал отдельный пентхаус на крыше.

— Не буду. — Поля опустила глаза. Предоставив мне возможность попялиться на ее зад, вышла первой.

А уже спустя минуту я пожалел о кое-чем еще…

Как и в прошлый раз, ждать, пока доберемся до кровати, не было никаких сил. В бюстгальтер я залез, еще когда открывал дверь. В трусы — сразу, как закрыл ее за нами.

Уровень влажности в моем самом любимом месте не изменился. Хоть сейчас стягивай с себя портки и пристраивай Полю на ближайшей тумбочке.

Я почти успел это сделать. Стащил с красивых длинных ног мокрое белье. Расстегнул ширинку… и мы оба чуть не рухнули на пол от неожиданных звуков.

— Зайка, ну куда ты так торопишься? Мне ведь уже не восемнадцать, — раздалось из дедовой комнаты. Голос был женский, грудной и до боли знакомый.

— Лапушка моя, да разве можно с тобой не торопиться? — это уже произнес дед. С предательским хрипом и таким медом в голосе, что пояснения, чем занят, казались излишними.

— Шалун! Но мне понравилось, — тут же похвалила дама, и следом послышался томный вздох.

Судя по побелевшему лицу и круглым глазам Полины, ее после этого вздоха нужно было откачивать.

— Там… — она указала в сторону гостевой комнаты. — Там кто-то есть?

— Эмм… Да, родная, — зашептал я, вспоминая свой собственный шок.

— Это твой дед? — Полькин голос сел совсем. С трудом можно было разобрать, что она говорит.

— Он живет со мной. Переехал с Дачного много лет назад.

Уже поняв, что секса мне сейчас не светит, я быстро засунул трусы в карман брюк. Осторожно застегнул ширинку и стал судорожно соображать, как донести до Польки мысль, что дед там не просто с какой-то женщиной, а с ее драгоценной Ядвигой Яновной.

Не самая легкая задача. Скорее со «звездочкой». Еще помнилось, как мне досталось в ресторане за бабулю, которую я чем-то обидел.

— И с ним… — Поля побелела сильнее. Казалось, вот-вот рухнет в обморок. — Леш… С ним моя бабушка?

Брови взлетели вверх. Челюсть опустилась вниз.

Я с трудом протолкнул в себя глоток воздуха. Ну вот, разъяснять ничего не пришлось.

— Там моя ба… — Поля медленно сползла по тумбочке на пол. — И они… — не договорив, прижала ладони к щекам.

В этот раз вопроса во фразе не было. Только шок.

Однако, будто специально для непонятливых, из комнаты послышались стоны, вздохи и ласковый шепот. Снова «шалун». Потом «козочка». И контрольное «мерзавец», довольное, раскатистое, как награда за подвиг.

Ситуация была аховая. Сильнее всего меня пробивало на смех. На заливистый такой. От души.