Миндаль

Я видел лишь, что на дверное стекло брызнула кровь. Красное пятно. Потом еще одно. Красного становилось все больше и больше. Единственное, что я мог сделать, — это наблюдать из-за дверей, как стекло постепенно полностью окрашивается в алый. За все это время никто так и не посмел вмешаться, даже стоявшие вдалеке полицейские словно застыли на месте. Все превратились в зрителей. И я был одним из них.

18Никакой связи между жертвами и убийцей не было. Как потом выяснилось, он жил заурядной, ничем не примечательной жизнью типичного обывателя. Окончив университет, он четырнадцать лет проработал в отделе продаж какой-то мелкой фирмы. Потом на рынке случился внезапный кризис, и в результате реструктуризации предприятия его сократили. На полученное выходное пособие он открыл куриную закусочную, но не прошло и двух лет, как ему пришлось ее закрыть. В конце концов он запутался в долгах, от него ушла семья, после чего в течение трех с половиной лет или около того он просто сидел дома. Мужчина жил в своей комнатушке на цокольном этаже и практически никуда не выходил, только в ближайший супермаркет и еще иногда в районную библиотеку.

В библиотеке он главным образом брал книги по боевым искусствам, самообороне и владению ножом. А вот дома у него были в основном книги по саморазвитию, в которых говорилось о том, как достичь успеха, или об установке на позитив. На своем обшарпанном столе на самом виду он оставил предсмертную записку, написанную крупным сбивчивым почерком:

Сегодня я заберу с собой любого, кто будет улыбаться.

О ненависти к этому миру говорили и записи на страницах его дневника. Там содержались неоднократные намеки на то, что он готов убить любого, кто еще смеет улыбаться в этом паскудном мире. И по мере того, как его дневник и обстоятельства жизни становились достоянием общественности, интерес публики тут же переключился с собственно преступления на разбор социальных причин, вынудивших его пойти на такой шаг. Многие мужчины среднего возраста с горечью вздыхали, что их собственная жизнь не так уж и сильно отличается от жизни этого убийцы. Люди даже начали испытывать что-то вроде сочувствия к этому человеку, после чего основной фокус внимания сместился на реалии корейского общества, в котором стали возможны такие события. А то, что кто-то там умер, — было уже и не особенно важно.

Это убийство некоторое время было главной темой новостей, потом стали появляться газетные статьи с заголовками типа «Кто сделал его убийцей?» или «Корея: страна, где убивают за улыбку», а чуть погодя даже такие статьи растворились, словно пена, и люди вовсе перестали об этом говорить. Вся шумиха уложилась в десять дней.

Из всех жертв мама оказалась единственной выжившей.