Милая обманщица, или Гувернантка из трущоб

Иллария посмотрела на меня внимательно, глаза блеснули.

— Правда сбудется? — прошептала она.

— Обязательно, — заверила ее я.

Илли кивнула, наклонилась над тортом и дунула, что было сил. Одна свеча осталась гореть. Девочка отклонилась и посмотрела на нее расстроенно.

— Ничего страшного, дуй еще.

Она дунула, и наконец-то все огоньки были затушены.

— Что ты загадала? — схватил ее за рукав брат. — Расскажи мне!

— Нельзя называть желание вслух, иначе не сбудется, — предупредила я.

Эстебан надулся, прикусил в задумчивости губу, а затем снова оживился. С широкой улыбкой всплеснул руками и сказал:

— Я знаю, что ты загадала! Ты попросила, чтобы папа вновь был с нами!

— Дурак! — закричала девочка. — Ты все испортил, теперь оно не сбудется!

Она вскочила, уронив стул, ее щеки запылали от гнева.

— Иллария, все в порядке, — я подскочила к ней, подняла стул и усадила ее на место. — Это ведь не ты его озвучила, а он. Все сбудется, не переживай.

Да что же все идет как попало в последнее время? Иллария то рыдает, то злится. Кристиан сам не свой…

А где Кристиан?

Стоило мне только о нем вспоминать, как магиар появился в проходе.

— Ну, мой дорогая сестричка, посмотри, что я тебе принес.

С улыбкой он сунул в руки Илли большую подарочную коробку с огромным юантом.

— Что это? — округлились глаза у магиары.

— Мой тебе подарок, — ответил Крис. — Раскрывай скорее, хочу увидеть, как ты рыдаешь от счастья.

Девочка кинулась распаковывать свой подарок. Но как только она сняла крышку, ее лицо стало мрачнее грозового неба. Она будет рыдать, без сомнений, но совсем не от радости, как хотел старший брат…

— Это… кукла? — она подняла мокрые глаза на Кристиана.

Мужчина растерялся, глянул на меня с непониманием. Перевел взгляд на вновь краснеющую сестру.

— Ты же очень хотела ее. Когда мы были в городе…

— Это было полгода назад! — рявкнула она. — Я больше не играю в куклы! Ты бы знал об этом, если бы не сбежал от нас!

Она еле сдерживалась от слез. Последней каплей стали слова Эстебана, который был еще слишком мал, чтобы понять всю трагедию:

— Если она не нужна тебе, Илли, я могу ее забрать себе? Она будет у меня великаном, который нападет на замок…

— Нет! — закричала она вскакивая. — Ты не можешь ее взять!

— Но она тебе не…

— Я сказала нет! Это худший праздник из всех, что были!

Она схватила коробку и та мгновенно вспыхнула. Яркое пламя взвилось до самого потолка, грозя поджечь столовую. Все заметались, началась суета. Мы с Кристианом принесли воду с кухни, пока Летиссия и служанки успокаивали рыдающую Илларию.

Когда пламя удалось затушить, девочка села на пол.

— Простите, — прошептала она. Слезы текли по ее щекам, в руках она держала обгоревшую куклу, прижимала ее к груди. — Это самый лучший подарок, Кристиан.