Милаха

А Ольга как будто не замечала происходящего. Да и остальные собеседники тоже.

С одной стороны, я не понимала эту тусовку. Было ощущение, что попала в зазеркалье, в котором изысканные, мудрые взрослые превратились вдруг в недогулявших, дорвавшихся до роскоши и вседозволенности подростков. Даже курили уже прямо здесь, разленившись выходить в курилку… С другой стороны – обстановка затягивала. Свобода. Да, в этом была свобода! Бизнес, статус и приличия остались за стенами Короны. Они остались во вчера и протянулись в завтра, тщательно минуя сегодня… А здесь и сейчас эти люди могли позволить себе творить что угодно! Возможно, у каждого из них и была какая-то внутренняя мораль и свой собственный рубеж, за который ни-ни… Но в общей кутерьме этих границ было не разглядеть, одно цеплялось за другое, порождая своим слиянием третье… И уже даже мне казалось – вот она, жизнь! Возбуждает баба – трахни, это же естественно! Прут эндорфины – жги на полную катушку, это же улёт! Пожирает тебя, который час подряд, чей-то липкий взгляд – пожирай в ответ, играй в течную суку, рви шаблоны, стряхивай шелуху приличий!

Вот только тот факт, что взгляд этот принадлежал Зойкиному мужу, ой, как приземлял! Возможно, я была ещё недостаточно пьяна. Возможно, я просто не доросла, не дозрела до всеобщего просветлённого уровня ценителей жизни… Но я по-прежнему отчаянно хотела лишь одного – чтобы Денис обратил на меня внимание. А он за всё время только однажды провожая к выходу кого-то из гостей, возможно нового бизнес-партнёра, бросил на меня мимолётный взгляд, подмигнул… И снова погрузился в свою тему.

– Суровый-то на тебя запал, кажись… – откуда ни возьмись, снова появилась Боярская. – Смотри, осторожней с ним. Во-первых, он не терпит отказов, а во-вторых – не советую обижать Зойку. Давай, выпьем? За Зойку, угу? Ахххрененная же баба, правда?

Чокнулсь, выпили.

– Почему Суровый? Я таких юморных мужиков вообще ни разу не встречала.

– Пфф… Это он тут такой балагур, а видела бы ты его на заседаниях! Не, ну я-то, слава богу, знаю об этом только понаслышке, а вот те, кому доводилось… – Ольга, покачиваясь, повисла на мне, зешептала в ухо: – Председатель Арбитражного суда. Бог всех этих пизднесменов грёбанных… – Многозначительно кивнула головой: – Угу-у-у… А ты думала?

А я ничего не думала.